И тётушка пространно стала объяснять Петру, что, наверно, он решил продублировать извещение директора Ивана за ремонт компьютера и смартфона дочки. Не любивший врать Пётр промолчал в этом узком месте разговора. А тётушка разошлась: сейчас у них в семействе кризис, денег кот наплакал. Директору Ивану за ремонт дочка только аванс передала. А полностью заказ оплатить она сейчас не в состоянии. Вот и поняла, что родич Пётр высылкой извещения хотел напомнить о долге. А у неё, тётки возникла идея пособить дочке с оплатой долга через одну «мстительную акцию».
– Каким способом? Что ты имеешь в виду, говоря о «мстительной акции»?
– А вот такой… Мэлс тебе не выплатил средства по увольнению. А сам, гадёныш, в связи с финансовыми затруднениями, мне за гараж третий месяц деньги не платит. Так я направила зятя с дочкой, чтобы они его иномарку на осенний, почти что зимний дождь из моего гаража выкатили. А сама кого-нибудь из новых обладателей иномарок впущу в мой гараж… Давай твою машину?..
– У меня нет машины, тёть…
– Видишь, какой ты бесхозный и безлошадный, к тому же обиженный Мэлсом при увольнении… Когда там по суду с него взыщешь? Не скоро ещё суд-то?
– Скоро, – сухо ответил Пётр, – и с меня тоже бы деньги содрала за простой машины?
– А чего такого, – не поняла издёвки корыстная тётка, – гараж большой. Там зять свою «Хонду» держит, а другое место свободно для денег несчастного семейства создано…
– Несчастного? Почему?… – Спросил Пётр, невольно пожав зябко плечами. – Между прочим, ты, тёть, можешь не торопиться с оплатой нашей фирме, как будут средства, тогда и оплатишь с дочкой. Мы же всю клиентуру городскую Мэлса перевели автоматически после его банкротства под нас. А за то время, когда он уходил, мы новой клиентурой обжились… Так что не торопись…
– Не торопись – это хорошо… Но несчастье греха дочки есть несчастье наше старинное… Ладно у дочки с зятем денег нет, их ещё недавно подсократили по месту работы… А это труба… После свадьбы дочка уже который год забеременеть не может… Сначала зять проверился на предмет способности к деторождению. Пошла дочка в клинику пошла проверяться по женскому делу… И труба вышла с её походом и длительными гинекологическими исследованиям… У неё после первого аборта всё наперекосяк пошло…
– Сочувствую…
– Видишь я тебе сочувствую, что ты не можешь деньги по увольнению получить… так и я дочке сочувствую, что она с Мэлса не может деньги получить по лечению её подорванного женского здоровья абортом… Жадина Мэлс, так мы сегодня окончательно решили Мэлса прищучить…
– Это как?
– После письма с твоей фирмы нас троих как осенило: мы завтра же на Мэлса в суд подаём… Бумаги его по оплате первого аборта 15-летней дочки я сохранила, на всякий случай. Раз деньги не даёт на лечение от его же аборта, так мы подаём на него в суд за моральные издержки… И пусть суд разбирается, был или не был Мэлс насильником малолетней восьмиклассницы…
– А доказательства насилия есть?
– Найдутся, Пётр, найдутся… Я же сама после смерти мужа стала любовницей Мэлса… А ему, гадюке захотелось помоложе наложницы его плотских вожделений… Он же похотлив, как зверь с пятью членами, потому что по рождению тат, то есть горский еврей, француз, одним словом… Слушаешь…
– Слушаю…
– Так я по дурости или из ревности их с дочкой совокупления сняла несколько штук на смартфон, не знала, что потом эти доказательства похоти на суде пригодятся… Там дочка, вообще на двенадцатилетнюю смахивает в свои тринадцать или четырнадцать лет… Доказательства убойные, я нашла её фотографии того возраста – приличные – и неприличные с голой дочкой и Мэлса с голой жопой… Вот и мои чудики звонят в дверь, вернулись из гаража, выгнав на дождь и снег автомобиль Мэлса… Пока, Пётр…
Нет, Пётр не чувствовал себя героем, защитником слабых и неустроенных. Он парил с некоторых пор на крыльях любви, и даже ступая на землю с морями, знал, что любое море ему будет по колено. И ещё: ему было невероятно хорошо, просто волшебно с Катей. В любви, в трудах, неотложных делах на своей фирме с президентом Иваном и опять с юридическим директором Катей… Как тут не воспарить духом и не возрадоваться в серьёзных, часто запутанных дневных делах, да в ночных неустанных ласках с невестой…
