Останови мое падение полностью

– Зачем тебе ее защищать? Она никогда не получит желаемого. Она разрывает город на части, а конечной цели так и не достигнет.

– Здесь не достигнет.

– А где ? Она пересекает все миры, в которых существует! Куда еще ей отправиться?

Женщина качает головой.

– Кто создатель этих миров? Альтернативные исходы физических процессов. Но на этом творение не останавливается. Возможность перемещения между мирами оказывает аналогичное воздействие. Суперпространство как таковое тоже расщеплено на версии, содержащие все возможные межмировые потоки. И потоки высших порядков между этими версиями суперпространства. Вся структура разветвляется снова и снова…

Я закрываю глаза, потому что голова идет кругом. Представить себе только это нескончаемое восхождение по бесконечностям[15]…

– Так что в каком‑то мире сновидица всегда побеждает, что бы я ни предпринимал?

– Да.

– И где‑нибудь всегда побеждаю я, потому что ты бессильна со мной совладать?

– Да[16].

Кто же я! Я – множество тех, кто победил. Тогда кто же я?

Я – никто.

Я – множество меры нуль.

Я роняю пушку и делаю три шага к сновидице. Моя одежда, и так уже потрепанная, изгрызенная потоком, разлетается по разным мирам и опадает.

Я делаю еще один шаг.

Внезапно становится жарко. Я останавливаюсь. Мои волосы и верхний слой кожи исчезли. Я весь в тонкой кровяной пленке.

Я впервые замечаю, что на лице сновидицы застыла улыбка.

Я задумываюсь, в скольких еще бесконечностях миров я сделаю следующий шаг, в скольких бесконечностях развернусь, отступлю и выйду из номера.

Кем, собственно, я стану, выжив и погибнув всеми возможными способами? Кого спасу от позора?

Себя.

Перевод: К. Сташевски

Аннотация:

(The Demon's Passage) —1991 год.

С целью разработки способов увеличения возможностей мозга, ученые проводят эксперименты по выращиванию дополнительной мозговой ткани.

Эй, вы, проявите же наконец сострадание! Придите и убейте меня! Вы можете разорвать мои связи с телом и наблюдать, как медленно сморщивается плоть. Или можете разрезать меня на мелкие кусочки и спустить в унитаз. Делайте, что хотите, мне все равно. Ну, давайте! Ведь вы постоянно ведете себя таким образом со своими еще не родившимися детьми и больными стариками‑родителями. Так сделайте же это со мной! Я уверен, что вам понравится. Только не надо нервничать, друзья! Вас никогда ни в чем не заподозрят – я говорю на тот случай, если вас удерживает мысль об этом. Я буду молчать до конца, будь он быстрым или медленным. Давайте, давайте же! Ведь я полностью беззащитен. Поторопитесь! Не стоит смущаться. У вас есть право на убийство. Ведь именно вы создали меня, и вам хорошо известно, что вы можете действовать таким образом.

Кто я? Или что я такое? Что за создание способно нашептывать призывы к смерти, копошась в недрах вашего чистого и честного сознания? Я мог бы дать вам два десятка ответов, но подозреваю, что вам нужно нечто большее. Да, я скорее всего животное. Размером немного меньше, чем коробка с тортом – на данный момент. Но я постоянно расту. Сколько у меня лап? Две? Четыре? Может, шесть? Или восемь? Нет, у меня отсутствуют и лапы, и ноги. Нет у меня также морды, клыков и когтей. Вы можете не опасаться меня. Я создан из той субстанции, которая порождает мысли (как чистые, так и грязные) – что может быть более безопасным?

Но вернемся к практической стороне. Вам нужен мой адрес. Вы слышите меня, там, в последних рядах? Алло, Бразилия, вы улавливаете меня? В любом случае, я слышу вас всех, иногда даже отчетливее, чем свои собственные мысли, но я всего лишь ничтожное создание, наделенное необычной чувствительностью, а у вас так много необычных способностей. Вот, к примеру, способность к поэтическому творчеству:

О, эти цвета, – голубой, зеленый, коричневый,

Постепенно растворяющиеся в черном,

Подобно тому, как уходящий день уступает место вечеру.

Когда я, Господи, вижу эту величественную картину,

Будущее предстает передо мной апофеозом счастья.

Исключительно прилипчивый стишок, должен вам признаться. Не сомневаюсь, что в ближайшее время мы увидим перед космическим челноком очередь из нескольких десятков певцов, жаждущих записать свое исполнение на борту, особенно, после всех этих Ограниченных Изданий, продающихся по сто тысяч штука. Аллилуйя! Благодарю тебя, Господи!