- И так - чуть ли не каждый вопрос. А ведь это не просто хозяйство, это межхозяйственная кооперация! - продолжает развивать свою мысль председатель.- Говорите, в холодильнике рыбного порта наше мясо лежит? И будет лежать, пока не придумают, как его продавать людям. Продовольственная программа - это очень здорово. Но едва мы взялись за ее воплощение, как оказалось, что все колхозное строительство у нас ни к черту не годно, все надо делать заново. Все! Сразу! Нам говорят: вот вы то-то не сделали... А можно ли делать новое дело с разваливающимся старьем? Со старыми производственными отношениями? Начинать надо с капитального строительства, с новых людей, с новых условий труда... А мы здесь крутимся по старинке. Что может сделать один председатель колхоза, хоть он разорвись? Да ничего! Во-первых, он не может быть специалистом по всем вопросам; во-вторых, его задача - быть организатором производства, а не консультантом по охране труда, пожарной безопасности, капитальному строительству, маломерному флоту, сельскому хозяйству и так далее...
С председателем и "капитаном" мы засиживаемся в тот вечер допоздна. Подсчитываем, что нужно "Всходам коммунизма" от партнеров, что - от государственных организаций, что - от района, который до сих пор остается в стороне от кооперации, полагая, что все это - дело "Севрыбы".
Определяя будущее колхоза, мы исчисляем имеющиеся кормовые угодья, перспективу поднятия заброшенных сенокосов возле Кузомени и на Кице, притоке Варзуги, на речных островах, возможности залужения и облесения "великой кузоменской пустыни", на краю которой в начале лета с помощью курсантов мореходки высадили тридцать тысяч саженцев сосны. Плюсуем сюда развитие племенного дела, которое само просится в руки, увеличение поголовья табуна на вольном выпасе у моря, развитие всевозможных народных промыслов - поделочного камня, жемчужного шитья, выделку оленьих шкур, дальнейшее развитие озерного рыболовства и много всего другого, что может расцвести и пойти в рост только вот в таком старинном поморском селе, далеко пустившем свои корни в окружающие его колхозные земли. Все то, что в таких крупных промышленных и все же односторонне направленных хозяйствах, как "Энергия", "Ударник", имени XXI съезда, может возникнуть разве что для устроения судьбы одного-двух человек, но лежит в стороне от главной дороги их дальнейшего развития.
Вот и получается, что на Терском берегу не только все иное, но к нему и иной подход должен быть! А на самом деле?
- ...Мы упустили народ, упустили коренного местного жителя, упустили главные наши промыслы - рыболовство и оленеводство. Сейчас первоочередная задача - как-то оставшийся народ закрепить, чтобы с ним начать новое строительство. Убедить его, что это всерьез и надолго. И тут главное для нас препятствие - психология местного населения, которое считает, что все это должен кто-то для них сделать. Все им построй, все им привези! Создай, короче говоря, все условия... А кто создаст условия? Они сами и должны эти условия создавать для своей жизни и работы. Такие иждивенческие настроения искоренять надо...
Михаил Александрович Шитарев, нынешний председатель исполкома Терского района, говорит это убежденно, выкладывая слова, как споро кладут кирпич мастера-каменщики. Он прилетел в Чапому следом за мной, сразу же после пленума райкома, чтобы посмотреть, как идет межколхозная стройка, раз ею заинтересовался московский писатель, как проходит косовица, много ли сделано, а заодно и по каким-то своим партийно-советским делам, которыми он озабочен больше, чем делами колхоза.
Шитарев поселился в соседнем со мной номере строящейся гостиницы, так же просыпается от топота "носорогов" и потому вполне может оценить качество работы шабашников и степень контроля со стороны подрядчика. Все, что здесь построено, его не радует. По его словам - а он все-таки инженер-механик,- ферма строится плохо, электростанция сляпана кое-как, и даже цех, основа основ будущего производства, уже сейчас требует серьезных исправлений и переделок.
Что же будет дальше?
Председатель райисполкома сердится на шабашников, на Стрелкова, который, по его словам, должен был добиться права контролировать эту стройку, на чапомлян, равнодушно проходящих мимо беспорядка и мусора на строительных площадках, мимо ржавеющих на берегу под открытым небом механизмов, мокнущих в реке вязок брусьев для жилых домиков, наконец, сердит на председателя Чапомского сельсовета, пенсионера-ветерана из Николаева, который за три года работы так и не нашел свое место в жизни села и колхоза, бесконечно конфликтует со Стрелковым по мелочам.
К сожалению, такие конфликты что-то в последнее время участились. Председателей сельских Советов, как я заметил, ставят не местных, и они плохо приживаются в селах.