- Обещаю, – нервно сглотнув, согласился он. Наемник прекрасно помнил, что случалось, когда он отказывал Крису в моменты подобного состояния забытья. Происходил настоящий спектакль. Парень крушил все что можно, буквально измывался над Нилом. Когда, например, Нил на секунду отлучался ночью, Крис мог наложить толченого стекла ему на постель, порезать на одежду на лоскуты. Однажды парень проснулся далеко не от ласкового голоса Криса или его ласк. Ото сна его оторвала боль. Крис решил «позабавиться» и лезвием медленно разрисовывал грудь Нила. Он объяснил это тем, что ему захотелось заняться творчеством, а красок рядом не оказалось. Джанет потребовалось много времени, чтобы убрать все следы порезов. А шрамы исчезали в комплекте с безумными болями. Бывали случаи, когда Крис и на себя руки накладывал, списывая все на то, что Нил его не любит, сам он не красивый и прочее. Он практически умывал себя в собственной крови. Бил зеркала, разносил комнату, травмировал любовника, но когда возвращался в нормальное состояние – ничего не помнил. А Нил никогда ему не рассказывал. Отказывать в такие моменты ему было ни в чем нельзя. Да Нил попросту и не мог. Ему было больно видеть такие припадки любимого.
- Вот и ладненько, – протянул он, сдавливая точку на ключице. Нил чуть сморщился, но ощущения не сочетались с выражением лица. На самом деле было ужасно больно. Крис хорошо знал такую вещь, как тело: на что надавить, чтобы доставить адскую боль, а на что подействовать, чтобы сделать по-настоящему приятно. Об этой особенности парня мало кто знал. Но Нил знал, и не понаслышке. Все стороны. Иногда Крис делал действительно больно. Так, что несколько часов наемник просто не мог двигаться. Естественно, такое случалось только в такие моменты, как этот. Никто не знал о темных сторонах Криса. Только Джанет и Нил.
- Ты чего сидишь такой хмурый? – резко повеселевшим тоном спросил Крис.
- С чего ты взял? Ты же не видишь меня.
- А я тебя чувствую. Я ведь люблю тебя, – нежно поцеловал он.
«Знал бы ты, насколько сильно я тебя люблю», – подумал Нил, закусив губу.
- Все в порядке? – озабоченно спросил Крис, заглядывая в глаза любому.
«Неужели прошло?», – думал Нил.
- Д-да.
- Надо же, я снова как будто проспал.
- Можно, я выйду? На минуту? У меня голова разболелась. Нужно таблетку выпить, – спросил Нил.
- Конечно, солнце. Помощь нужна? – взволновано поинтересовался Крис.
- Нет. Я сейчас. Туда и обратно, – улыбаясь, сказал он, потрепав по голове любимого.
Выйдя за дверь, Нил облокотился на стену и закрыл лицо руками.
- Крис, – тихо сказал он одними губами, так как голос его предал окончательно. Ни одной мускулы не напряглось. В такие минуты он запрещал себе двигаться, когда слишком волновался.
Постояв так с минуту, Нил снова натянул на себя ласковую улыбку и вошел обратно в комнату, спрятав все переживания за теплый взгляд и мягкий голос. Как будто ничего и не было. Просто нужно представить.
Дик был зол. Шпион сразу же понял, что Алекс ревнует. И к кому! К Кире! Кира для парня был чуть ли не фетишом. Да, было время, когда он и, правда, любил наемника. Но это время прошло. И то его чувства были скорее сродни восхищению.
Дик быстро вошел в кабинет Алекса и без стеснения сел в его кресло.
- Ну и что это было? – спросил Алекс, спокойно закрывая дверь. Он не улыбался. При Дике можно не скрывать себя. Он так давно решил.
- Что?
- Ты снова… С Кирой. Ты его любишь?
- Нет, я его не люблю! – вспылил Дик, перестав крутиться на стуле, и стукнул ладонью по столу. – Сколько тебе раз говорить! Я тебя… – тут парень осекся. Он уже устал повторять снова и снова, что его сердце целиком и полностью занимает один лишь Алекс. Правда, Дик это не сразу понял, а только через время. Но он не смел показывать своих чувств главе Теней. Нет. Это было запретом. Это было явной дерзостью. Непозволительно. Так ему казалось раньше. А потом настало время, когда они очень часто стали работать вместе. Тогда Дик окончательно понял, что серьезно влюбился в Алекса.
Не показывать своих чувств было настоящей пыткой. Находится рядом с любимым человеком, и вести себя, будто ничего и нет – это тяжело. А в один день, когда парни снова работали вместе, ломали сеть, так, для забавы, Алекс поцеловал Дика. Чувство оказалось обоюдным. Алекс тоже первое время тщательно скрывал его, боясь того, что его отвергнут. Глава все время смотрел на Дика и был уверен, что тот ему откажет. Во всяком случае тот делал вид, что относится к нему не более, чем просто как к напарнику, и помимо работы старался не общаться, точно избегал его. Он и подумать не мог, что Дик любит его. Хотя по нему и сейчас не скажешь. Алекс скорее чувствовал его любовь, чем слышал.
