- Спасибо вам! Спасибо! - она расплакалась от счастья.
- Давай на "ты". Меня Костя зовут, - представился он.
- Меня Зарина. А это Тимур.
Костя пожал мальчику руку, как взрослому и обратился к ней:
- Вы в порядке? Надо бы в аптеку зайти. Лекарства какие-нибудь взять. Меня немного зацепило.
- Да, хорошо. Я на медсестру училась, сейчас найдем что-нибудь.
В аптеке они не стали задерживаться. Разжившись бинтами, перекисью, антибиотиками и обезболивающим, покинули сверкающее, как новогодняя елка здание.
На ночлег остановились в магазине спорттоваров, а заодно переодеться в более удобную одежду. Договорились дежурить в две смены. Зарина обработала раны и предложила Косте первому заступить на пост, чтобы самой караулить в тяжелые предутренние часы. Пока девушка укладывала племянника, он объяснил, что оружие просто заклинило и его легко привести в боеспособное состояние, банально передернув затвор. К сожалению, в магазине "вала" осталось всего одиннадцать патронов.
Они разговорились и выяснилось, что Зарина его землячка, тоже родом из Новороссийска. Оба искренне порадовались такому совпадению и решили теперь добираться вместе. Когда Тимур уснул, Зарина рассказала Косте про Сафара, тот помрачнел и пообещал, что никому не даст их в обиду. Посоветовал набираться сил перед тяжелым днем и занял позицию у витрины, переключив автомат в режим стрельбы одиночными.
Начинало темнеть, когда Геннадий и Галина вышли наконец на шоссе, которого так избегал Костя. По прямой идти было гораздо легче, чем петлять по бесконечным лабиринтам московских улиц. Угрызений совести они не испытывали. Подчиняться какому-то придурку, который считал себя главным из-за того, что в его руках гвоздемет, было ниже их достоинства. Парочка прошла всего пару сотен метров, когда от АЗС к ним устремилась огромная свора хаотиков.
Вступать в бой с такой оравой они не стали и бросились бежать. Тощая Галина вырвалась вперед и задыхающийся Геннадий заорал:
- Стой! Подожди меня!
Она на секунду обернулась, испуганно оглядела догоняющую толпу, а потом толстого неповоротливого Гену. Испуг сменился довольной ухмылкой.
- Сука! - Геннадий захлебнулся слюной, закашлялся.
Тут он вспомнил про нейлер в своей руке и стал беспорядочно стрелять по убегающей подруге. Наконец один гвоздь достиг цели, глубоко пробив бедро оторвавшейся стервы. Галина закричала от боли, запнулась и покатилась по асфальту. С трудом поднялась и хромая попыталась бежать, но Геннадий добавил ей еще пару гвоздей в другую ногу и обогнав ее, больше уже не оборачивался. Она обреченно завыла, проклиная его, но вскоре крики оборвались. Хаотики достали ее.
Геннадий сбавил ход и все-таки оглянулся. Чертовы твари! Не все мертвецы остались пировать над телом Галины, некоторые продолжили преследование. Толстяк улепетывал из последних сил и вдруг увидел, что в доме неподалеку от трассы мелькнул человеческий силуэт. Присмотревшись, он заметил, что на балконе второго этажа стояли двое мужчин в камуфляже с оружием в руках.
- Помогите! - заорал во всю мощь луженой глотки он, круто изменив направление бега.
Теперь, когда появился шанс на спасение, он не хотел его упускать.
Один мужчина приник к оптике СВД и замер. Сухо хлестнул выстрел и пуля попала точно в переносицу даже не успевшего удивиться Геннадия.
- Гнида, - мужчина презрительно сплюнул вниз.
- Туда ему и дорога, - спокойно подтвердил второй и они скрылись в квартире.
Ольга очнулась от толчка в живот. Нет, толчок определенно был изнутри.
- Живой, - прошептала она с улыбкой, - Ты живой.
Хорошо, что на коленях стояла сумка с одеждой. Она погасила удар при столкновении. Машину впечатало серьезно. Больше она не поедет. Лобовое стекло вылетело и в салон врывался теплый морской ветер.
- Что ты там говоришь? У меня кажется ноги зажало, - свекровь обернулась к ней, но тут же перевела взгляд в боковое окно - О, господи!
От прибрежной кафешки к ним бежали хаотики. До них было метров двести.
- Он толкнулся? - подал голос Виктор Иванович и потянулся ладонью к ее округлому животу, - Можно?
Оля кивнула. Ребенок, как будто почувствовал прикосновение и толкнул руку деда, как бы приветствуя его. Виктор вздрогнул.
- Витя, поехали, поехали! Ты не видишь, что они сейчас будут здесь?! - затрясла его за плечо жена.
Свекор сурово глянул на нее и Мария осеклась, как от пощечины.
- Замолчи, Маша! Это конец! Нам от них не убежать... Хотя...
Он бегло осмотрел опору щита. Кто-то болгаркой срезал нижние ступени металлической лестницы, чтобы озорные подростки не лазали наверх. Но со стремянки, к примеру, до нижних скоб можно было достать.
Распахнув люк на крыше, он выбрался, спрыгнул на капот и прикинул расстояние.
- Дочка, иди сюда, - махнул он рукой Ольге, - Давай-ка, я тебя подсажу.
Он прижался спиной к опоре и сцепил руки замком.
Свекровь громко заревела. До нее дошло, что скоро все закончится. Она потянула руки к невестке, искренне причитая:
- Оля, Оленька, прости меня, пожалуйста.
Ольга обняла свекровь и сказала:
- Я не держу на вас зла.
- Оля, быстрее! - поторопил Виктор.
