– Не поразбегутся, – ответил вместо купца Тханг, чуть не подпрыгивая на месте от нетерпения.
Старший охранник пожал плечами и махнул рукой замершим у клеток подчиненным:
– Открывай!
Выпустив из клеток заключенных, самых нерасторопных подбадривая пинками, охранники взлетели в седла и, поторапливая запряженных в телеги лошадей, споро покатили прочь, словно опасались, что, оказавшись в окружении почти трех десятков орков, покупатели передумают и попробуют расторгнуть сделку.
Покупатели не передумали. Тханг взял руководство в свои руки, против чего Волков отнюдь не возражал, посчитав, что тот быстрее него найдет общий язык со своими соплеменниками. И не ошибся! Рах быстро объяснил произошедшие в их жизни изменения – естественно, к лучшему! – и начал что-то обсуждать с оживившимися после этой новости сородичами, перейдя на орочий язык. Глеб с удивлением отметил, что способность понимать незнакомые языки распространяется не только на фаросское наречие, словно в него встроили универсальный переводчик. К сожалению, орки говорили очень бурно, и он понимал их с пятое на десятое, быстро запутался и, плюнув, перестал прислушиваться. Вскоре он заскучал и позвал Тханга, намекнув, что встреча с сородичами – это, конечно, замечательно, но пора бы и честь знать.
Тханг подскочил к Глебу, подтащил за руку одного из соплеменников и сказал, сделав в сторону Волкова уважительный жест:
– Данхельт, маркиз Фаросс.
Орк протянул руку:
– Кранг Орм, младший вождь, маркиз.
– Можно просто Данхельт или Глеб – сказал Вол ков, пожав ему руку.
Рукопожатие младшего вождя оказалось крепким, но неагрессивным. Глеб, исповодь разглядывая собеседника, отметил честный открытый взгляд из-под тяжелых надбровных дуг. Широкоскулое зеленокожее лицо младшего вождя не вызывало отрицательных эмоций. Мощная шея переходила в широкие плечи, а порядком исхудавшее за время заключения тело только подчеркивало их размах.
Вождь, в свою очередь, цепко охватил Волкова взглядом и, улыбнувшись, сказал:
– Глеб – хорошее прозвище для воина.
Сказал и протянул в сторону Тханга открытую ладонь. Тот вложил в протянутую руку нож. Вождь попробовал подушечкой большого пальца остроту лезвия, одобрительно буркнул и внезапно полоснул клинком себе по предплечью. Глеб отшатнулся от брызнувшей крови и удивленно посмотрел на Раха. Приятель – сволочь такая! – не стал ему ничего объяснять, только ухмыльнулся. Кранг провел рукой по ране, выпачкав ладонь в крови и, встав на одно колено, протянул окровавленную ладонь Глебу. Торжественно произнес:
– Клянусь служить Данхельту, маркизу Фаросс!
– Клянемся! – эхом отозвались остальные орки, подойдя ближе.
Глеб растерялся. Заметивший затруднение приятеля, Тханг подошел и, наклонившись к самому уху, шепнул:
– Я принимаю вашу клятву.
– Я принимаю вашу клятву, – находясь в ступоре, повторил Глеб автоматически. Потом до него дошло, что он сказал, и Волков напустился на приятеля, за шептав в ответ: – Что за дела, вообще? Какую, нахрен, клятву!
Тханг принялся тихонько растолковывать.
Объяснение Глебу не понравилось, он вовсе не собирался взваливать на себя лишние проблемы. В том, что они обязательно появятся – Волков не сомневался.
– Ну, почему они вбили себе в голову, что обязаны мне служить?! Я же ничего такого от них не требую?!
Пускай идут на все четыре стороны!
– Законы чести.
Волков выругался.
– Удружил ты мне, – хмуро заявил он Тхангу – Ну, куда я их дену?! Их же никто не пустит во дворец!
– Устроишь в казарму. – парировал Тханг.
– Вот навязались на мою голову! – страдальчески закатил Глеб глаза, наглядно убедившись, что ни одно доброе дело не остается безнаказанным. – В какую казарму?!
– Дворцовую.
– У-у-у! – провыл Глеб. – Каким образом?!
– Скажешь Виттору
– Да?! – и совсем тихо, на самом пределе слышимости: – Может, ты забыл, кто я на самом деле? Меня даже слушать не станут.
– Станут. Поймут, что другого выхода из этой ситуации не было.
Глеб обреченно повесил голову и уныло потащился по улице, предчувствуя неприятности, ждущие его во дворце, когда он заявится в сопровождении толпы оборванных орков. За спиной затопали десятки ног – верные вассалы спешили за своим господином!
Глеб с кислой гримасой посмотрел в большое овальное зеркало. Оттуда на него хмуро взглянул высокий, спортивного сложения молодой человек с короткими белокурыми волосами, мужественным лицом и яркими, словно светящимися внутренним светом глазами светло-голубого оттенка, наряженный в дорогой, украшенный золотым шитьем, пурпурный костюм и такого же цвета плащ, закрепленный золотой фибулой и ниспадающий вниз красивыми складками. Живот перетянут черным, в тон сапогам поясом. Слева привешен узкий длинный меч с вычурной гардой. Парадная игрушка, а не честное боевое оружие.
Глядя на свое отражение, Волков буркнул:
– Прямо сеньор Помидор из сказки про Чипол лино.
