Наконец дожила до пятницы. Впереди целых два выходных, и у меня будет передышка. Долбим клешневидного, беспощадно жарим в прямом смысле, сколько есть мочи. Я сегодня, как и вчера, — простое привидение. Доброе и безопасное. На стрелки сил уже не хватает. Кровь, к сожалению, обвалилась, и маску мне снова нельзя снимать ни при каких обстоятельствах. Так что буду признательна, если Вы дочитаете мой пост, не кашлянув и не чихнув. Но бывало и похуже. Без паники. У привидения есть преимущества — оно умеет ходить по стеночке, лежать прямо (калачиком уже не вариант) и путешествовать в пространстве по своим мечтам! А ещё — соскучилась по бордовой помаде. Полгода ею не красилась; как только очухаюсь, обязательно реализую.
В телефоне я наткнулась на видео моего выступления. Я часто что-то пересматривала. Смотрела на «ту» девушку и черпала силы. Ведь чтобы стать тем, кем «она» стала без связей и денег, — нужно было иметь железный характер, а значит, в сегодняшнем дне именно этот характер и должен спасти.
Осень 2016. НЕДЕЛЯ ВЫСОКОЙ МОДЫ, ГЛАВНЫЙ ПОДИУМ РОССИИ. Премьера моей новой песни «Fashion-шок». До того дня, когда мне скажут, что времени осталось мало, — всего месяц. Я на пороге будущей схватки за жизнь.
«…Я — вне системы, и чувства — онлайн. В Тебе — звучу. Всё эфемерно. Есть крылья! Взлетай! Стартуй со слова “хочу”!»… Выступления в самом разгаре. График расписан на полгода вперёд. Это мое предпоследнее выступление. Я презентовала свою новую песню «Fashion-шок» прямо на подиуме. Яркий эпатажный наряд, длинные волосы, огромные двухметровые веера в моих руках… Подумать только — я уже была тяжело больна и не знала об этом. Я искала причину — что происходит? На видео считываются холтеры на моей груди — это сердечные мониторы, которые посуточно измеряют нагрузку на сердце. Чувствовала я себя уже плохо. Тогда прилетела моя мама и на выступление поехала со мной, чтобы быть рядом. Уже тогда я понимала, что со мной что-то серьёзное, но была уверена, что причина — именно сердце, так как оно давало серьёзные сбои. То, что это рак, мне скажут через месяц. Клешневидный зверь делает колоссальные сбои во всей системе организма, вне зависимости от того, где его источник. И ни один «умник» мне не сказал провериться на рак. Холтеры я поставила платно и самостоятельно — сама пыталась разобраться, что происходит. Почему я задыхаюсь, почему дикая аритмия, почему я быстро смертельно устаю, почему мне часто становится плохо? Тысячи, тысячи, тысячи «почему?». Где причины? А врачи говорили: «Всё нормально». Зайдя за кулисы после выступления, я снова старалась прийти в себя. Мама с тревогой и страхом смотрела на моё состояние. На следующем выступлении муж меня практически выносил с подиума на руках. Мои часы уже неумолимо тикали, а я ещё ничего не знала… Я смотрела это видео и вспоминала все нюансы того выступления. Со стороны смотрелось всё эпатажно и грациозно, а на самом деле я уже тогда делала невозможное.
16.07.2017
Тем временем в европейской прессе уже вышли анонсы о предстоящих съёмках моего нового клипа на песню «Мама». На клич в соцсетях откликнулся режиссёр, который согласился на безвозмездной основе снять видео. Начало происходить «очевидное-невероятное». Это было очень здорово. Сама мысль, что моя творческая жизнь продолжается, а тем более в такой сложный период, придавала мне моральных сил. А физически я сдавала позиции. Обезболивающего кетонала хватало уже всего на полтора часа, и боли возобновлялись. Постепенно мне становилось всё хуже. Посты я уже писала реже. На лучевую заходить без посторонней помощи не могла. Старалась не паниковать. В голове были только слова «жарить клешневидного» и «предстоящий клип». Откладывать съёмки не имеет смысла. Хватаюсь за эту возможность, как за воздух! Я постараюсь через «не могу». Я хочу, чтобы все, кто находится со мной на одном поле битвы, тоже не сдавались. Ведь до сегодняшнего дня с такой стадией и непростым состоянием никто ничего подобного не делал. Поэтому нужно постараться и просто собрать силы в кучу. Я мечтаю, чтобы зверь отступил. И чтобы каждая мама дождалась своего ребёнка домой. С войны. Живым. Я пока не знаю КАК, но мы это сделаем. И пусть эта песня станет обещанием, что каждый из нас будет ЖИТЬ.
