Оставь меня позади полностью

Я задержала взгляд на Эрене, пытаясь понять его, но его лицо оставалось непроницаемым. Я неохотно кивнула и сжала руки в кулаки под столом.

— Есть ли у вас вопросы, прежде чем я отпущу вас? — Эрен окинул нас взглядом, и, когда стало понятно, что никто ничего не спросит, я нарушила молчание:

— Что за столь важная миссия, из-за которой генерал отправил меня сюда? — В темных силах есть сотни других солдат без отряда, которые только и ждут таких возможностей. Они уже заменяют Риøт каким-то новым отрядом. Так почему не кто-то другой? Почему я?

Бровь Эрена дернулась, когда он закрыл папку на столе.

— Ты не получишь подробностей, пока мы не подтвердим, что ты остаешься в отряде, Банни.

Я приподняла бровь и оглядела остальных. Никто из них даже не думал ставить под сомнение авторитет своего сержанта. — Да, это определенно логично, — пробормотала я, но меня проигнорировали.

Эрен хлопнул в ладоши. — Ладно, отряд, идите в душ и покажите Банни казармы. Встретимся в четырнадцать ноль-ноль у вертолетной площадки на северном конце базы. Собирайте вещи и готовьтесь к чертовски тяжелому месяцу.

Все одновременно отдали честь и встали. — Да, Сержант.

Целый месяц на тренировочном поле — это будет полный отстой. Но я изо всех сил старалась сохранять позитивный настрой. Я бросила нерешительный взгляд на Кости, размышляя, сможем ли мы преодолеть нашу неловкость. Честно говоря, я уже спала с другими сослуживцами. Если он беспокоится, что я знаю его личность, может, мне стоит обсудить это с ним. Я обдумывала это, пока отряд покидал военный штаб.

Близнецы обменялись неуверенными взглядами, прежде чем Брэдшоу ушел.

Я остановилась рядом с Эреном. С ним легче разговаривать, так что, может, мне стоит сначала попытаться объяснить ему всё. — Сержант, извините за вчерашнее. Я не знала…

Он резко оборвал меня. — Банни, я надеюсь, ты никому не расскажешь о вчерашних событиях. Ни звука, если не хочешь, чтобы тебя отправили обратно через час. — Голос Эрена сочился презрением, хотя звучал гораздо мягче, чем у остальных парней.

Я кивнула и нарочито отвела взгляд, прежде чем последовать за своим новым отрядом через бетонные джунгли.

Все оказалось гораздо мрачнее, чем я ожидала. Я думала, что они хотя бы проявят немного сочувствия из-за потери моих товарищей, но это было твердое — нет. Они обвиняли меня, и, судя по всему, собирались сделать всё возможное, чтобы заставить меня уйти. Но если меня что-то и отличает, так это упрямство. Генерал Нолан назначил меня в Малум не просто так, и выражение обеспокоенности на его лице, когда он сказал мне о переводе, подсказывало, что это как-то связано с событиями в Патагонии.

Я должна остаться, несмотря ни на что. Я не позволю Малуму запугать меня. У меня есть задача, и будь я проклята, если не выполню её. Мне нужно отомстить за свой отряд и победить врага. К концу тренировочного испытания в Калифорнии я добьюсь уважения Малума.

Я глубоко вдохнула и сосредоточилась на идущих впереди товарищах по отряду. Они знали друг друга лучше, чем кто-либо, но это скоро изменится. Вряд ли они знали, что мой ум — одно из моих сильнейших качеств. Дженкинс называл это каталогизирующей гениальностью.

Джефферсон был самым высоким в Малуме. Кодовое имя: Джобс. Я пыталась запомнить их, чтобы составить внутренние профили — привычка, которая оставалась у меня с каждого отряда, где я служила. Это также давало временное облегчение от стресса из-за текущей ситуации.

Мы начинали тренировки этим вечером, и мне нужно было узнать их всех до того момента. У Джефферсона были короткие светло-каштановые волосы, тёмно-карие глаза и загорелая кожа. Он выглядел так, будто ему под тридцать. На задней стороне его шеи был шрам в форме пулевого отверстия. Шрамы могли быть слабыми местами. Если я окажусь с ним в ближнем бою, я обязательно врежу туда костяшкой пальца.

Пока я шла позади, анализируя, я заметила, что один из них изучает меня в ответ. Я повернула голову налево и встретила карие глаза Пита, пристально смотрящие на меня. Его кодовое имя: Барсук. Из всех мужчин в команде его взгляд был наименее осуждающим. Скорее любопытным, чем недоверчивым. Он был выше меня, но ниже Брэдшоу. Его кожа была темнее моей, а короткие черные волосы напоминали стрижку Джефферсона.

— Банни, — поздоровался он, в его тоне не было ни капли сарказма, за что я была ему безмерно благодарна в этот момент.

— Барсук, — так же коротко ответила я, и он натянуто мне улыбнулся.

— Ты быстро запоминаешь имена, — заметил он.

Я не улыбнулась в ответ.

Первое правило Дженкинса: никаких эмоций. Никакой слабости. Не на службе.

— Я узнаю о тебе всё до мелочей ещё до того, как твоя голова коснётся подушки этой ночью, — мой голос был ровным, но звучал жёстко. Я не собиралась просто так забывать, каким мудаком он был пару минут назад.

Его улыбка исчезла, и в его взгляде мелькнула тень неуверенности.