Оставь меня в прошлом полностью

Слова оказались слишком громкими, слишком грубыми, отчего я еще сильнее заплакала.

Я шмыгнула носом, вытирая лицо и втягивая холодный воздух.

– Разве ты этого не видишь? – спросила я, на этот раз тихо, в моем голосе было что-то похожее на хныканье или мольбу. – Это ты причиняешь мне боль. Это ты убиваешь меня. Это ты и мы, – добавила я, указывая пальцем на нас обоих. – Это то, чего никогда не было, но всегда есть, чего никогда не будет и никогда не перестанет быть.

Воздух вокруг нас замер, даже мягкий отдаленный шум волн затих, будто вся планета решила прекратить вращение на этот момент.

Тайлер выглядел так, словно я только что заехала ему в челюсть.

Я покачала головой, а лицо исказилось от эмоций.

– Я пыталась забыть тебя, Тайлер. Семь долгих лет я убегала от тебя, от того самого дня и от всех тех лет, что мы провели вместе. Я думала, что уже выросла и оставила тебя позади. Думала, мне удалось забыть тебя, отказаться от фантазий о нас. – Я давилась рыданиями, прикрывая рот одной рукой, когда мои глаза снова заполонила пелена слез. – Но случилась всего одна поездка. Я вернулась сюда, к тебе, но это оказалось слишком болезненным. Я не была готова к такому.

– Джаз…

– Я просто хочу ненавидеть тебя, – сказала я. Отчаяние разрывало душу на части, и в следующее мгновение руки Тайлера обхватили меня.

Я толкнула его в грудь, пытаясь увеличить между нами расстояние, но он только крепче сжал меня. Я мотала головой, плакала и брыкалась, но все было бесполезно.

Его руки, обнимавшие меня, были настойчивыми, сильными, надежными и теплыми.

В какой-то момент я сдалась и уткнулась лицом в Тайлера. Еще одно рыдание начало разрывать мою грудь, заставляя меня принять все болезненные, постыдные и ужасные эмоции.

– Пожалуйста, – умоляла я, вцепившись руками в его рубашку. Я одновременно пыталась прижать его к себе и оттолкнуть. – Пожалуйста, просто заставь меня возненавидеть тебя.

Костяшки пальцев Тайлера поглаживали мой подбородок, и он приподнял его, заставив меня смотреть на него сквозь мокрые ресницы. Один только вид боли в его глазах вызвал новый прилив эмоций в моей груди, отчего я скривила губы, чтобы сдержать снова подступающие слезы.

– Только если ты первая заставишь меня возненавидеть тебя.

Тайлер замер, когда эти слова слетели с его губ, и я в замешательстве наклонила голову.

Но прежде, чем я успела хотя бы что-то спросить его, он прижался своим ртом к моему.

Этот поцелуй… это прикосновение губ, тепла и желания, сожаления и тоски, прошлой и настоящей жизни – все это ударило меня, как молотом.

У меня перехватило дыхание, едва я успела осознать, что Тайлер целует меня. Его язык скользнул по моим губам, пытаясь проникнуть внутрь. В ответ на это я приоткрыла губы и впустила его, как будто не было другого выбора.

Его никогда не было.

Это всегда был он. Это всегда были мы. И этот поцелуй – страстный, болезненный, оставляющий синяки поцелуй, дал мне понять, что он тоже это знал.

Это снова сон? Я вот-вот проснусь?

Ответом на мой вопрос стало то, что Тайлер крепче сжал мою талию, и я застонала, когда он прикусил нижнюю губу, а затем, слегка втянув ее, снова поцеловал. Будучи потрясенной и напуганной, я не могла отдышаться. Я понимала, что мы должны остановиться, но была чертовски возбуждена, поэтому знала, что никогда этого не сделаю.

Я должна была оттолкнуть его. Должна была дать ему пощечину. Должна была развернуться, убежать и никогда не оглядываться назад.

Но я держалась за него так, словно он был всем, что мне было нужно, всем, что имело значение. Мы вместе погрузились во тьму, которую сами же и создали.

Наш маленький личный ад.

Каждое последующее мгновение было вспышкой, размытым пятном, бросающим вызов физике и всем существующим научным законам. Время ускорилось, и кажется, я видела наши движения в крошечных частицах.

Его руки блуждали по всему моему телу, а губы были такими горячими и влажными, пока мы поднимались по лестнице.

Острая боль пронзила мою спину, когда Тайлер прижал меня к двери, ведущей в дом. Ввалившись внутрь, я ощутила порыв прохладного воздуха.

По моей спине пробежали мурашки, когда он схватил меня за руку и потянул вверх, останавливаясь каждые несколько секунд, чтобы снова завладеть моими губами. Он будто беспокоился, что даже одной минуты без прикосновений будет достаточно, чтобы я передумала и прекратила все это.

Но я никогда не смогла бы сделать этого.

При подъеме на наш этаж мой мозг отключился, и мы оба пытались усмирить дыхание, поднимаясь все выше. Я заметила, как ловко Тайлер взялся за ручку двери, что вела в мою комнату, а затем пихнул ее. После этого он буквально протолкнул меня внутрь и закрыл за нами дверь с негромким щелчком.

Как только мы остались наедине, он встал напротив меня. Грудь Тайлера тяжело вздымалась, глаза пожирали меня, словно он был волком, а я – его добычей.