– Наверное, это нормально. – В ушах Рут не было странного ощущения, но оно было во всем остальном. – Это было… громко.
Шум мог повредить их барабанные перепонки.
Аманда вернулась, держа за руку чистенькую девочку, которая снова стала ребенком.
– Ох, Арчи. Ты очень грязный.
Она погладила его испачканную спину, успокаиваясь и успокаивая.
Д. Х. выглядывал в окно, полный подозрений ко всему, что видел: к бассейну, к шелесту деревьев. Это все, что там было, все, что он мог увидеть, да он и не ожидал увидеть – что? Бомбу? Ракету? Или это одно и то же?
– Это был самолет? – Аманда пыталась восстановить в памяти шум, но он был подобен боли: тело не могло вспомнить никаких деталей. Он мог быть механическим, а самолеты казались высшей формой механизмов.
– Самолет разбился? – Рут не знала, что Аманда имела в виду, и понятия не имела, какой звук будет от взрыва самолета, как тогда над Локерби[37], или от падения – как от того, летевшего к Капитолию[38]. Опять же, она могла ссылаться только на голливудские фильмы.
– Или преодоление звукового барьера. Звуковой удар. Это был звуковой удар?
Однажды они летали на «Конкорде»[39]: проказа на их пятнадцатую годовщину. Тогда с ними на одном рейсе летел Франсуа Миттеран[40]. – Мне кажется, им нельзя преодолевать звуковой барьер над сушей. Можно только над океаном. Думаю, это правильно.
– Самолеты обычно не преодолевают звуковой барьер. – Арчи делал об этом доклад в шестом классе. – А «Конкорды» больше не летают.
Он был прав в том, что «Конкорды» раньше распугивали только китов в Северной Атлантике. Но наступили необычные времена. Он не знал, что самолеты, которые вылетели из города Ром, штат Нью-Йорк, обычно двигались на север – это самый прямой путь к открытому морю. Но в этот раз они взлетели, чтобы остановить нечто, что приближалось к Восточному побережью страны. Фронт создаваемой ими звуковой волны составлял около пятидесяти миль – небеса разорвались как раз над их маленьким домиком.
Рут думала об этом во время их трапезы странными бутербродами.
– Я заметила сегодня – а вы? Не было воздушного движения. Ни одного самолета, ни одного вертолета.
Как только его жена сказала это, Д. Х. осознал, что это правда.
– Ты права. Я имею в виду, обычно мы так часто их слышим. Самолеты, вертолеты.
– Что вы имеете в виду? – спросила Аманда. – Должно быть…
– Любители-пилоты берут уроки. Торопыги вылетают с Манхэттена. В местных новостях это большая проблема.
Сама Рут достаточно привыкла к шумовому загрязнению, поэтому и заметила его отсутствие. Она не понимала, что это значит, но подумала, что это может значить что-то.
Аманда хотела отослать детей из комнаты, но не было телевизора, чтобы отвлечь их.
– Арчи, почему бы тебе не пойти одеться. – Ее рука на его твердой спине. Он был горячим. – Пей больше воды. Может, тебе стоит принять душ?
Рут поняла ее: может быть, как и любой родитель.
– Роуз, может, тебе сходить прилечь?
Девочка не знала, нужно ли слушаться эту незнакомую женщину. Она посмотрела на мать, чтобы понять, что ей делать.
– Это хорошая идея, дорогая. – Аманда была благодарна. – Иди свернись калачиком в маминой постели. Почитай свою книжку.
– Схожу в душ.
Арчи внезапно осознал, что он не одет. Он не мог в этом признаться, но когда он услышал тот шум, он описался в плавки, как маленький. Раньше, когда он был помладше, он мечтал понимать взрослые разговоры. Теперь он понимал и осознал, что переоценивал их.
– Пошли, Роуз. – Доброта старшего брата.
Аманда подождала, пока дети уйдут.
– Что это было?
Рут посмотрела мимо мужа в окно, на безоблачное голубое небо.
– Дело не в погоде…
Идеальный день, чтобы позагорать. Да и вообще, такого громкого, такого долгого грома не бывает. Если бы они жили на Гавайях, она могла бы сказать, что это вулкан.
Д. Х. потерял терпение. Ему это надоело.
– Мы можем сойтись на том, что не знаем, что это, – сказал он.
– Где Клэй? – Аманда посмотрела на Рут, как будто старая женщина была за все в ответе. Как шум превратил ее дочку из подростка в ребенка, так и Аманда стала от него мягкой, беспомощной.
Рут потеряла счет времени.
– Он уехал не так давно. Просто так кажется.
– Он скоро вернется, – Д. Х. давал обещания.
– Это ясно. Но что-то… происходит. – Отсутствие сотовой связи было атакой. Отсутствие телевидения было тактикой. – Мы должны что-то сделать!
– Что сделать, милая? – Рут не возражала, но была в недоумении.
– На нас напали. Это нападение. Что нужно делать в случае нападения?
– На нас не нападают. – Хотя Д. Х. не был полностью в этом уверен, и это было заметно. – Ничего не изменилось.
– Ничего не изменилось? – Аманда повысила голос. – Мы просто сидим здесь как не знаю кто. Как страусы – засунули головы в песок? Просто сидим тут и ждем, пока до нас доберутся?
Какое глупое выражение. Зачем страусу совать голову в песок?
– Я имею в виду, мы ведь все еще не знаем, что происходит. Надо просто подождать, пока Клэй не вернется, и мы услышим, что он разузнал.
