Новый начальник, полный надменности и чувства собственного величия. Он — воплощение всех стереотипов о бездушных миллионерах. Для меня, матери-одиночки, такие мужчины, как Алекс Фролов, означают лишь неприятности. Моя главная цель — работа, и я намерена избегать его во что бы то ни стало. Но вдруг он предлагает мне сделку, от которой невозможно отказаться, хотя мой разум говорит мне бежать и никогда не оглядываться назад. Всего лишь одно деловое мероприятие. Одна встреча, одна маленькая ложь и никто ничего не узнает. Но чем больше я узнаю его, тем больше вижу за его холодной маской. Внутри этого амбициозного и безжалостного магната скрывается что-то, что меня смущает. И это — большая проблема. Потому что ненавидеть своего босса — это одно, а влюбиться в него — совсем другое.
Глава 1
Быть матерью — сложная штука.
Я помню тот день, когда у меня появилась необходимость заботиться не только о себе, но и о ком-то совершенно беспомощном, как будто это было вчера. Я прочитала все детские книжки, скачала все приложения и прошлась по всем тематическим сайтам, но ничто не могло подготовить меня к тому, насколько это будет тяжело. Иногда я до сих пор не верю, что мне разрешили забрать этих драгоценных малышек домой, что медицинские работники доверили мне растить их, заботиться и обеспечивать их безопасность.
Я подношу бокал темно-красного вина к губам, поморщившись от вкуса. Не люблю красное вино, но здесь самое высокое содержание алкоголя по сравнению с другими напитками той же марки, и при цене в двести пятьдесят рублей за бутылку я не ожидала, что почувствую приближение оргазма, когда вино прольется мимо моих губ.
Все, чего я хотела, — это небольшой отсрочки от медленного удушья, которое вызывает мой дорогой друг мистер Тревога. Я делаю еще один глоток вина, поднимая взгляд от маленького кухонного столика. Покрытие уже давно начало стираться с поверхности, и независимо от того, чем я его чищу, я не могу смыть розовую краску, покрывающую лишь половину стола.
Я кладу руку на стол и на мгновение закрываю глаза. Мамин голос громко звучит в моей голове, говоря мне, что все будет хорошо. Она искренне верила, что у тех, кто усердно работает и имеет доброе сердце, все наладится.
Она искренне верила в это, пока рак не забрал ее жизнь.
Делая вдох, я открываю глаза и оглядываю свою маленькую квартирку. Девочки только что уснули, и я зашла на кухню с намерением помыть посуду, которая уже перестала помещаться в раковине. Игрушки разбросаны по всей гостиной, и я не совсем уверена, что у меня есть чистая одежда, чтобы надеть её утром на работу.
Мне нужно убрать в квартире, но я не нахожу в себе сил. Хоть я и предпочла бы заняться уборкой, вместо того чтобы открыть приложение в телефоне и снова увидеть, что денег на счету у меня по-прежнему нет. Схватив вино, я делаю еще один глоток и надеюсь, что оно не попросится обратно.
— Отвратительно, — ворчу я себе под нос и ставлю бокал обратно. Сделав глубокий вдох, я проглатываю ком в горле и все же включаю телефон. С деньгами всегда было туго, но сейчас дела обстоят хуже обычного. Взглянув на свой банковский счет, я сразу чувствую себя намного хуже. Зачем напоминать себе, что у меня недостаточно денег, чтобы заплатить за квартиру? И я знаю, что долг по моей кредитной карте в этом месяце выше, чем в прошлом, а при мысли о процентах, которые я плачу, сводит живот.
Мне отчаянно нужен перерыв в работе, я бы с удовольствием денек-другой просто посидела дома и наконец-то нашла время поиграть с девочками. Чувство вины из-за того, что я говорю им «нет» каждый раз, когда они просят меня поиграть с ними, давит на меня, но если я хочу погасить все долги и отложить хоть какие-то средства на будущее, мне придется взять еще одну или две смены в эти выходные.
Все уже болит от усталости, я едва держусь, чтобы не сдаться, руки опускаются.
Но если я пойду ко дну, то утяну детей за собой, а я не позволю своим малышкам утонуть. Все, что я делаю, я делаю ради них.
Закрыв компьютер, я встаю и на цыпочках прокрадываюсь в комнату девочек, по пути собирая грязную одежду с пола. Выскользнув так тихо, что это произвело бы впечатление даже на ниндзя, я бесшумно закрываю дверь и убираю одежду в шкаф в конце коридора. Мне следовало бы отнести вещи не в шкаф, а засунуть их в стиральную машину.
Открыв дверь ванной комнаты, я смотрю на переполненную корзину с грязным бельем и вспоминаю, что стиральный порошок закончился ещё два дня назад. Мне потребовалось бы всего несколько минут чтобы сбежать вниз на два лестничных пролета и добежать до соседнего супермаркета. Всего несколько минут, и девочки даже не узнали бы, что я уходила.
Но что, если меня запрут снаружи?
Ограбят?
Похитят?
Что, если я упаду с лестницы, сломаю шею, и никто не найдет меня до утра?
Качая головой, я ногой отодвигаю пару джинсов в сторону и закрываю дверцу шкафа. Завтра займусь стиркой. В любом случае, это не значит, что объем предстоящей работы по дому от этого уменьшился, — у меня все еще достаточно дел сегодня вечером.
Я уже наполовину вымыла посуду, когда зазвонил мой телефон. Вытирая руки, я спешу за ним в гостиную, по пути спотыкаясь о Барби.
Я хватаю телефон, и мое сердце замирает. Это Таня, моя лучшая подруга, и она из тех, кто пишет смс, а не звонит. Должно быть, произошло что-то ужасное.
— Алло? — шепчу я, мой голос дрожит.
— Привет, дорогая, — отвечает она. На заднем плане играет музыка, и не похоже, что она в панике или на грани слез. И все же мне нужно убедиться.
— Что-то случилось?
— Ничего.
— Ты звонишь мне, — многозначительно говорю я.
— Я знаю. Ад замерзает. Но я получила отличные новости и хотела поскорее рассказать тебе о них лично.
— Ты же понимаешь, что мы сейчас говорим по телефону, а это довольно трудно назвать личной встречей, верно?
Она смеется.
