— Ты Коля, слышал, конечно, про Ангела-Хранителя? Если он на тебя выйдет, не пугайся. Он вас прикрывает.
— Спасибо, Борис! — ответил старший лейтенант и скомандовал по машинам. План города взял с собой. Машина шла первой, два танка за ней. Пушки были слегка повернуты в разные стороны. Люди были готовы в любую секунду открыть огонь.
— Николай, стой, — скомандовал сержант, войдя в ментальную связь с Огневым. Командир роты застучал по кабине и машина остановилась. Старлей сидел в кузове вместе с бойцами у рации. — Через пятьдесят метров выедем на площадь перед тюрьмой. Бойцам прикажи спешиться, один расчет пулемёта оставь охранять машину, пусть держится в тылу. Танки пусти вперёд. Там толпа в человек сто. Пытаются машиной и тросами сорвать решётки в здании. Напротив дом, на крыше дома две башенки, в каждой башенке пулемёт. Один танк из пушки собьёт пулемётные гнезда, второй пусть работает по толпе. Твои пулемётчики тоже, прикрываясь углами домов. Поставь наблюдателей за окнами домов, как заметили шевеление — туда выстрел не раздумывая. Мало, значит пулемётом. Не забывай, вы сверху как на ладони. Одного пулемётчика держи около себя. Давай, командуй.
Старлей скомандовал. Машина прижалась вправо, танки выехали вперёд, бойцы рассыпались вдоль стен и двинулись по улице, вслед за лязгающими по брусчатке тридцать четверками. Вперёд смотрел только возглавляющий шеренгу пулемётчик, остальные наблюдали за окнами. Кутагин вскинул винтовку и выстрелил, тут же передёрнул и выстрелил во второй раз.
Глеб проник в дом, поинтересовался, кого высмотрел в ночи остроглазый якут.
— Убиты двое вооружённых бандеровцев, — доложил он командиру роты.
Танки выскочили на площадь и сразу же открыли огонь, растянувшись в линию, чтобы не мешать друг другу. Огнев выпустил осветительную ракету. Танк сержанта Веселова первым же снарядом разнёс автомобиль, затем второй. Наводчик только успевал закидывать осколочные снаряды в пушку. Пулемёт бил длинными очередями, выкашивая вооружённых людей. Танк сержанта Касьяненко тоже бил из пулемёта, пока командир наводил орудие на крышу трёхэтажного дома. Взлетела ещё одна ракета. Присоединили огонь два пехотных пулемёта Огнева. Четыре пулемёта на расстоянии сто метров в пространстве, зажатом домами — это страшно. Касьяненко выстрелил, снеся одну башенку, затем снёс и второе пулемётное гнездо. С площади сумели уйти лишь одиночки, вовремя рванувшие в бега, как только увидели танки.
Танки пошли вперед, объезжая площадь справа, не желая месить людские тела. Объехали, зашли в улицы, отходившие от площади с другой стороны тюрьмы, дали несколько выстрелов и пулемётных очередей по замеченным беглецам и вернулись назад.
Глеб наскоро обследовал дом напротив тюрьмы, и два других, выходящих торцами на площадь. Вооружённых людей не обнаружил. К окнам никто не подходил, дураков не было. Опять взлетела ракета.
Бойцы комендантской роты, закинув винтовки за спину, достали револьверы, и пошли добивать немногих раненых бандитов. Жалости ни у кого не было. Внутренний враг, он опасней внешнего, на том хоть форма, а этот бьёт в спину. Они все видели зарезанных танкистов и понимали, что такая судьба может быть у любого, если эта мразь возьмёт верх. Пулемётчики отошли в сторону и караулили малейшее движение.
Через пару минут заскрипели засовы и из здания тюрьмы вышел лейтенант НКВД. Взвод принадлежал конвойным войскам и двадцать второго июня конвойный полк взял несколько объектов города под охрану, согласно приказу командующего шестой армии.
— Лейтенант НКВД Трошин, — представился он.
— Старший лейтенант Огнев, командир комендантской роты тридцать второй дивизии, — откозырял в ответ старлей. — Как вы тут, раненые есть?
— Двое убиты, трое ранены. Патроны на исходе. У вас есть чем разжиться?
— Патронами поделимся. Вызовите лучше десяток бойцов, пусть собирают оружие, за машинами я там пулемёт видел, и вон в тех башенках были пулемётные гнёзда, могло что-то уцелеть. Оружие надо собрать всё, а то подползут, заберут и снова пустят в дело. Ночью то не уследишь.
Лейтенант прокричал команду, и из здания тюрьмы появилось несколько красноармейцев НКВД. Рослые ребята в синих фуражках.
Подъехала машина. Командир роты отдал ракетницу водителю, приказав периодически пускать. Бойцы комендантской роты тоже начали собирать оружие и стаскивать его к входу. Сержант насчитал сто двадцать четыре трупа. Огнев приказал зажечь фары, а то ракет не напасёшься. За двадцать минут управились. Два бойца НКВД притащили исправный пулемёт Дегтярёва — уцелел в одной из башенок. Оружия и патронов набрали много, Огнев дал начатый цинк. Конвойщики, уже отстреливались больше часа, пока пришла помощь. Гранат осталось десяток, а патронов на полчаса боя. Плохо было, что здание фасадом выходило на площадь и имело окна. Если бы ворвались внутрь, перебили бы всех. Пулемёты с дома напротив не давали высунуться.
— Раненых можем забрать, у нас есть фельдшер. Положим в свой медпункт, — предложил Огнев лейтенанту.
