Эльза вызвала неподдельный интерес, как дочка важного человека. Потом послушал, присмотрелся – фальшь, цинизм, наглость, … психоз.
Попользовалась и заплатила. В прямом смысле заплатила. Как бы за веселье, игру, за то, что составил компанию. Говорила с такой усмешкой, что в лицо послать хотелось. Но улыбался и слал воздушный поцелуй на прощанье. До следующего захода.
Валерий Яковлевич помог тогда здорово и адвоката хорошего, можно сказать, подарил. Чуть бизнес не отжали, остался бы без ресторана и с миллионными кредитами. Прикрыл Валерий Яковлевич и поставил к дочери одним из личных помощников.
«Матвей ты должен помогать моей девочке получать то, что она захочет, но следи, чтобы чисто, то есть, без нарушения закона. Будь с ней, чтобы у моей Элеоноры не было сильных женских волнений в отношении тебя, будь с ней ласков и терпелив».
А сколько времени? … Пока она, блин, не состарится?
Лиска вообще была работой, любопытство вызвала, кто она такая, и зачем дорожку Эльзе перешла, жалко стало. Увидел детские глаза наивные, обжигающие, и вопрос услышал «А ты можешь улыбнуться?».
И вот сегодня ночью – подтвердилась догадка: Эльза его тоже ревнует, как и Макса своего любимого неповторимого. Должны преклоняться перед ее величеством. А лисица маленькой круглой попой с пушистым хвостом виляет и корону этим хвостом сбрасывает.
Поцеловал Лизку при ней. Нельзя было даже сюсюкать.
Это не он должен чувства выражать, а Лизка должна была в него влюбиться. Он же так и обещал Эльзе – «втюхается добровольно по уши, бегать за мной будет, страдать. Умолять, чтобы я с ней был. А я потом грубо кину, когда скажешь – сразу по-хамски её пошлю. Это лучше, чем ты предложила «быстро и жестко»…
Эльза согласилась, обрадовалась….
И такую чушь сотворил.
Матвей прошел в комнату, стянул футболку, налил минералки. Пить больше не стоит, мелкую надо в институт отвезти. Увидел в дверях при полном параде в спортивных штанах.
– О! Ты что здесь? Лиз, что, разбудил тебя?
– Не могу заснуть. Боюсь, еще больше затянет это всё. Матвей, давай ты отвезешь меня в общагу, а потом поспишь. Я уже все вещи собрала, аккуратно уложила.
– Отбой! Я все решил. Всю ночь решал, устал, даже разговаривать не могу – Матвей рассмеялся.
– А что ты ей сказал? Как решил?
– Даже говорить особо не пришлось, изображал из себя влюбленного в нее придурка. Сказал, что хотел позлить, чтобы у нее ко мне чувства сладкие вернулись. Деньги взял.
– Она же замужем! Как ты можешь! Зачем? У тебя много девушек, Матвей… не ожидала от тебя такого! – Лиза отвернулась и села на диван.
– Я думал ты умнее.
– А я думала, ты нормальный! Извини, ошиблась!
– Хватит притворяться. Ты же понимаешь, зачем я это делаю.
– Из-за денег, и потому, что ты дурак. Она уже его выбрала, а ты лезешь со своими лапами.
– И еще кое с чем лезу. Не только с лапами. – Он опять засмеялся и посмотрел на смущенную девчонку с большим удовольствием. – Можешь спать спокойно. Никто тебя не тронет, пока ты будешь изображать влюбленную в меня кошку. Завтра ты такой и будешь, поняла? Не слышу ответа!
– Не поняла. Лучше бы ты договорился, чтобы меня там завтра не было!
– Нет, Лисица, не вышло. Хотел, но не получилось. Ты ей зачем-то нужна. Что-то она хочет, но мне, кажется, уже не бесится, просто… карты не раскрыла, что ей нужно. Эльза сегодня успокоилась. Получила, что от меня хотела и успокоилась.
– Это подло. И ты, и она тоже. Зачем выходить замуж, чтобы вот так!
– Очень подло! Представь, и по отношению ко мне это подло. А если бы я на самом деле был влюбленным придурком? Ужасная женщина.
– Если ничего не изменится, и придется общаться…. Я не буду притворяться. Идите вы все к черту.
– Я пошел не к черту, а в горячую ванну, а ты ложись! И не мечтай обо мне, я не приду! – Матвей опять хохотнул и направился расслабляться.
– Не засни там, вдруг утонешь… – тихо, чтобы Матвей ее не слышал, сказала вслед Лиза и вернулась в спальню. Надежды, что Элеонора передумает насчет гостей, у нее уже не осталось.
Она уже почти спала. Закат из окон не было видно, только рассвет, но шторы очень плотные, комфортная темнота в комнатах даже утром. Лиза почувствовала, как легко потянуло дымом в спальню.
Матвей, который курит редко и по ночам. Что за человек такой? Ладно, до свадьбы Эля и Макс расходились, и тогда все может быть, сейчас-то зачем? Как вообще это можно делать?
Лиза рассерженно повернулась, улеглась поудобнее и подумала, что если бы она вышла замуж, и ее муж вот так встречался с какими-то бывшими подругами, она была бы самой несчастной на свете.
Через несколько минут Матвей зашел в спальню. Девушка невольно напряглась и быстро притворилась спящей. Он тихо обошел кровать и присел на корточках рядом с ее лицом. Ей ужасно хотелось подсмотреть, что он делает и с каким настроением смотрит не нее, но боялась, что ресницы задрожат.
Он сидел, как будто на полу, или на корточках, сидел и сидел. Чего-то ждал. Потом начал вздыхать, как старый олень. Было темно и так смешно, что Лиза завертелась, отвернулась уже в другую сторону, накрылась с головой и начала трястись. Она не выдержала.
