– Лиз, не унижай меня, а? Мне с тобой-то тебя не хватает. Что же будет, если ты уйдешь? Стою тут полуголый, как дурак.
– Не стой. И ты мне не ответил. Почему ты вчера ночью, еще до наших гостей… поехал к той, после которой себя ужасно чувствуешь. Она тебя не звала, ты сам отдался.
– Чтобы тебя не трогала.
– Вот поэтому я ухожу. Спасибо, до свидания. Ты из-за меня уже потерял деньги, а теперь теряешь честь и достоинство. Самое ценное. Иди домой и забудь. Как будто не было меня. Я не твоя кошка, я змея, которую ты пригрел.
– Ты похожа больше на кошку. Дождь пошел, кошка драная. Ты намокнешь.
– Не надо было отпускать такси. Намокну и высохну. Матвей, уйди, я не хочу так жить.
– Давай попробуем. Если не получится – отвезу сам, куда хочешь. У тебя уже лицо все мокрое. Это водопад … из слез жалости ко мне?
– Это дождь. Слезы меня душат, понимаешь? Почему ты должен расплачиваться за меня?
– Я скажу тебе на ушко, – Матвей наклонился и тихо сказал – Потому, что это всё очень приятно! Мне нравится быть таким. Пойдем, мокрая кошка. Будем дружить. Макс … может быть не скоро, но он ей надоест. Я тоже. Или что-то другое изменится. Всё и всегда меняется. Со мной безопаснее сейчас. Если она захочет что-то подкинуть – я заберу себе, буду следить. Ты дурочка, сама не сможешь. Пойдем…. Не томи, Лиза.
Матвей подхватил вещи в одну руку, схватил ее другой и потянул за собой. В лифте поцеловал в макушку и засмеялся.
– Приятно и бесплатно!
– Я тебе чем-то должна помогать. Что-то делать.
– Домработница из тебя никакая. За собой убрать не можешь. Готовлю я лучше. Можешь мне в ресторане помочь. В пятницу поедем, поработаешь на меня за еду. А может и не только за еду. Согласна?
– Да, согласна. Хоть что-то для тебя… Ты правда в порядке?
– В полном. Но нервы потрепала с утра. Невоспитанный подросток.
Было обычное утро. Кофе, сендвичи с красной рыбкой, мягкий сыр… Матвей, который оказался таким настойчивым. Лиза снова впустила его в свою жизнь, и главная причина – доверие, чувство безопасности, которое она испытывала рядом с ним последние несколько дней.
В институт ехала на заднем сиденье, сама попросилась. Матвей не удивился, ему так, похоже, даже больше понравилось. Он слушал музыку, сделал несколько заказов по телефону для ресторана и ни слова ей не сказал.
А на лекции… его отношение и сочувствие сделали свое дело. Он словно сломал какую-то защиту, на которой все это время держалось самообладание. Слезы хлынули из ее глаз, и она не могла их остановить. Она чувствовала не только свою вину за безрассудные поступки, благодарность к Матвею, который должен был обижать, но не стал. Она скучала по Максу, понимая, что с такими угрозами он действительно не сможет уйти.
Лиза закрыла лицо рукой и села так, чтобы никто не заметил. Но, когда лекция закончилась и она направилась к выходу, ее остановила какая-то девушка и подвела к преподавателю.
– Я понимаю, когда студенты засыпают, но слез женских не выношу. Что случилось? Неразделенная любовь?
– Почему вы так … Да. Любовь.
– Это прекрасно. Девочка моя. Радуйся, что ты можешь любить. Любовь самое прекрасное чувство, даже если с тобой рядом нет этого человека. Я как-то был влюблен, лет двадцать назад, в свою студентку. Я пять лет жил в счастье, что могу ее тайно любить. Она уже за это время успела замуж выйти, ребенка родить. А я все любил.
Когда всё прошло, почувствовал себя пустым. Спокойным, но пустым. И больше такого чувства не встретил. А кто-то никогда не испытывает, он всегда пуст. Так что радуйся, живи и радуйся. Успокоилась?
–Да!
– Иди, и знай – ты наполнена чувством. Неважно, взаимное оно или нет! С тобой он, или с кем-то другим.
– Я поняла. – Лиза улыбнулась. – лучше быть одной, но с чувством, чем с кем-то, но пустой!
– Вот! Автоматом экзамен поставлю, если так же будешь на зачете соображать. – лектор засмеялся и подтолкнул Лизу к выходу.
«Каким цветом у нее глаза? Серые, синие … в крапинку… надо рассмотреть получше… запомнить…»
Матвей усмехнулся.
«Уйти захотела, поняла, что всё заходит дальше, чем нужно. Неужели она так сильно его любит? Что между ними успело случиться за такое короткое время?»
Отпил кофе, продолжая наблюдать за прохожими под дождем через окно.
«Если бы ушла,я бы уже не вернул. Случайно проснулся, как будто толкнули в плечо. Увидел, что нет ее, вышел на балкон и… не отпустил. Как вчера хотелось, чтобы посмотрела в душу своими обжигающими нежностью глазами, хлопнула ресницами и призналась: «Я сделала неправильный выбор… Ты такой хороший. Впусти меня в свое сердце.… Прижми покрепче, обними. Ты моя роза. Одна единственная из миллиона других цветов».
Матвей взял телефон – звонила Эльза, уже три пропущенных.
Он не хотел отвечать. Думал о том, что Лиза стала так ему дорога, потому, что он отдавал ей все свои дни. Он, а не Макс. А что отдал ей этот парень, который женился на другой? Он ухаживал за ней? Заботился? Успокаивал? Кормил? Скучал? Целовал? Да, наверное, целовал. И все.
Снова чувствовал обиду, ответил на звонок:
