Дальше принцип субсидиарности почему-то не заходит. И напрасно. Ведь мы то с вами прекрасно знаем, что муниципалитет города-миллионника практически так же далек от жизни людей, как и администрация области. И все споры идут лишь о том, где будут тырить из бюджета — в областной администрации, или в муниципальной. Ибо из муниципального бюджета тырится ничуть не хуже, чем из областного.
Последовательная и логичная реализация принципа субсидиарности требует доведения его до мельчайшей единицы человеческого общежития. А такой мельчайшей единицей является ТСЖ. Или, как поправил меня один из читателей, ТОС — территориальное общественное самоуправление. Впрочем, юридические формулировки сегодняшней РФ не имеют значение — хоть горшком назови, лишь бы хоть как-то было понятно, о каком уровне общности людей идет речь. О соседском, о соседском уровне речь. Стало быть, именно на этом уровне и должно происходить первичное распределение общественных полномочий и общественных финансов — с делегированием наверх только тех полномочий и их финансового обеспечения, которые ТСЖ (ТОСу) точно не по плечу. А также — с осуществлением народного контроля за расходованием направленных вверх средств.
Итак, действительная свобода и действительная демократия, где люди на самом деле являются хозяевами общественных благ, а не смиренными получателями их от власть предержащих — по принципу «бери, что дают, а то и этого не будет» — это субсидиарная демократия. Которая выглядит так:
1) Формирование полномочий вышестоящих органов самоуправления осуществляется посредством делегирования этих полномочий от нижестоящих органов самоуправления;
2) Формирование кадрового состава вышестоящих органов самоуправления осуществляется посредством делегирования представителей нижестоящих органов самоуправления;
3) Формирование бюджетов вышестоящих органов самоуправления осуществляется посредством отчислений из бюджетов нижестоящего уровня;
4) Контроль деятельности любых органов самоуправления осуществляется уполномоченными представителями нижестоящих органов самоуправления.
А самый нижестоящий орган самоуправления — соседская община, как ее ни назови, ТСЖ, ТОС или как-нибудь еще. Она — фундамент, из нее должно расти вверх дерево общественного самоуправления. Оно же древо Народной Демократии. Под сенью которого человек избавится наконец-то от гнета задолбавшей его за последние пять тысяч лет власти.
Казалось бы, на бумаге все более или менее стройно. Дьявол, как водится, в деталях. Сколько уровней общественного самоуправления является оптимальным? По какому принципу распределять среди них полномочия? Как осуществлять между ними межбюджетные отношения?
И самое главное: как вообще согнать людей в эту самую соседскую общину, которая «фундамент», коли они друг от друга, как черт от ладана, шарахаются? И вообще знать друг друга не хотят? Не говоря уж о полном атрофировании навыков общественной работы? То есть, работы по управлению своими общественными отношениями?
Вот об этом и помечтаем далее.
Любой половозрелый россиянин, находясь в здравом уме и твердой памяти, даже к самому слову «община» отнесется скептически. Фу-фу-фу, какая дикость! Неграмотные крестьяне-лапотники в домотканых портах и нечесаных бородах — вот что такое эта ваша община! Да-да, так и скажет этот самый россиянин, пребывая в здравом уме и твердой памяти.
Современность — это здоровый индивидуализм, частная инициатива, гибкость, креативность, мобильность. То есть все то, что привносит собой в 21 век раскрепощенный индивид, освободившийся от разнообразных пут, ограничивающих его потенциал. Так тоже скажет этот самый россиянин. И, как мне кажется, ошибется.
Даже на домашнем поле малого и среднего бизнеса, который по идее должен стать главным местом проявления индивидуальной инициативы, этот россиянин вчистую проигрывает разнообразным чеченам, азербайджанцам, армянам, евреям, китайцам и прочая и прочая. Которые приходят в страну и быстренько выдавливают вышеуказанного россиянина с его рынка. И спасибо, если просто внаглую бизнес не отжимают.
А почему? Да по той простой причине, что за спиной каждого из них стоит община. А за спиной половозрелого россиянина не стоит ничего. Ну, как же такого не выкинуть с рынка? Обязательно даже нужно его выкинуть!
Община оказалась удивительно живучим инструментом выживания и экспансии. Разумеется, на уровень крупного бизнеса она не лезет, ибо там царство еще более совершенной машины выживания — бизнес-корпорации. Которая, ощетинившись силовыми структурами и юридическими службами, являет собой линкор в океане современного бизнеса. Но все, что ниже, находится во власти общин. И если Вы, уважаемый читатель, до сих пор являетесь единоличным владельцем своего бизнеса, то это не Ваша заслуга, а их недоработка.
