Парижская полиция задержала главу «Северокавказского халифата», террориста и бандита Салмана Гудаева. Но выдавать его российским властям почему-то не спешит. А вскоре становится известно, что Гудаева и вовсе собираются отпустить на волю. Россия не может и не хочет допустить, чтобы отморозок снова очутился на свободе и продолжил свои кровавые дела. И поэтому в Париж летят опытнейшие специалисты-диверсанты из спецназа ВДВ – капитан Демидов и сержант Локис. Ситуация развивалась настолько стремительно, что руководство даже не успело поставить группе четкую задачу. Зато оно зачем-то отправило вместе с десантниками молоденькую переводчицу из МИДа. Какова ее задача, спецы узнают лишь в ходе операции…
Самолет авиакомпании «Эйр Франс», выполнявший рейс Лондон – Париж, коснулся шасси бетонки международного парижского аэропорта Орли. Пробежав по ней, он свернул на рулежную дорожку и, постепенно снижая скорость, остановился. Пассажиры терпеливо ждали, когда им предложат пройти к выходу. Кое-кто из них поглядывал в иллюминатор, где за огромными стеклами аэропорта были видны встречающие прилетевших пассажиров люди.
Через двадцать минут к борту самолета подали трап. Миловидная стюардесса, не переставая улыбаться, открыла боковой люк.
– Уважаемые дамы и господа, – проговорила она по-французски, – наш полет завершен; надеюсь, он доставил вам удовольствие. Сейчас вы можете покинуть самолет через этот выход. Большое спасибо за то, что вы воспользовались услугами нашей авиакомпании…
Она заканчивала повторять эту дежурную фразу по-английски, а на трап уже ступил высокий мужчина с аккуратно подстриженной седой бородкой, одетый в дорогой английский костюм и легкое шерстяное пальто с белоснежным шелковым кашне. В руках он держал кожаный кейс. Проходя мимо стюардессы, мужчина изобразил на своем неевропейском лице нечто, отдаленно напоминавшее улыбку. Сказав девушке что-то на непонятном ей языке, он слегка поклонился.
У таможенной стойки мужчина небрежно предъявил паспорт Соединенного Королевства Великобритания. Чиновник в форме таможенника равнодушно перелистал его, наметанным взглядом сравнил фотографию с оригиналом.
– А где ваш багаж, месье? – спросил чиновник на вполне приличном английском языке. Весь его вид ясно давал понять, что ему нет никакого дела ни до самого пассажира, ни тем более до его багажа, но служебная инструкция требовала, чтобы он задавал этот вопрос.
– У меня его нет… – отозвался мужчина, также по-английски, но с каким-то странным и жутким акцентом. Он положил на стойку для досмотра свой кейс и щелкнул замками. – Только бумаги…
Таможенник скользнул по открытому чемоданчику взглядом и монотонно проговорил, делая одновременно с этим приглашающий проходить жест:
– Добро пожаловать во Францию, месье!
Дождавшись, когда вновь прибывший пассажир отойдет от стойки достаточно далеко, чтобы не слышать его, чиновник обернулся и поманил одного из своих коллег.
– Передай ажанам, – быстро проговорил он, – что тот, кого они встречают уже третий день, только что прошел паспортный контроль.
– А чего же ты сам его не задержал? – удивленно вскинул брови тот.
– Мое дело проверить у него документы, – холодно ответил чиновник. – Они у него в порядке. Остальным пусть занимается полиция. Каждый должен выполнять свою работу и не вмешиваться в чужие дела.
В большом зале аэропорта мужчину поджидали такие же бородатые люди. Они были одеты менее элегантно и дорого, а к прилетевшему человеку обращались с особенной почтительностью, чуть-чуть сгибаясь в пояснице, когда он удостаивал кого-нибудь из них вниманием.
– У нас все готово, Салман-халиф, ждем только вас…
– Сколько людей удалось собрать? – на ходу спросил тот, кого величали высоким титулом.
– Около полутора сотен человек.
– Есть представители с Северного Кавказа?
– Только те, которые успели уехать раньше. Зато прибыли из Закавказья. Особенно много из Грузии…
– Этим-то чего надо? – недовольно поморщился Салман. – Хотя ладно, для количества и они пригодятся.
Разговаривая, все пятеро подошли к выходу из аэропорта. Неожиданно дорогу им преградили двое мужчин в штатском, в окружении нескольких постовых полицейских. Один из штатских вскинул руку, показывая зажатый в ней значок с какой-то эмблемой на фоне французского государственного флага. Он что-то сказал, и полицейские тут же окружили всех пятерых. Встречавшие Салмана люди встревоженно завертели головами, пытаясь закрыть своего предводителя. Лица у них были решительными и сердитыми. Сам же он оставался совершенно спокоен.
Между тем штатские о чем-то горячо заспорили.
– Вас зовут Салман Гудаев? – спросил второй штатский по-русски с легким акцентом.
– Предположим, – так же по-русски ответил «халиф». – Это что-то меняет?
– Вы только что прилетели из Великобритании? – игнорируя вопрос, продолжал спрашивать француз.
– Я не понимаю, что вам от меня нужно, – пожал Салман плечами. – Я что-то нарушил? Когда, спрашивается, успел? Всего несколько сотен шагов только и сделал…
– Отвечайте на мои вопросы, – оборвал его мужчина. – Итак, вы проживаете в Великобритании, правительство которой признало вас политическим беженцем. Это их право. Но во Франции у вас такого статуса нет. Поскольку Россия заявила вас в международный розыск как уголовного преступника, мы вынуждены задержать вас и препроводить в тюрьму.
– Ты что такое говоришь, сын осла?! – оскалившись, прокричал один из встречавших Салмана мужчин. – Я тебе язык оторву вместе с твоей бараньей головой!!!
