Она прекрасно понимала причину дурного настроения Стюарта. Он понес значительный урон: комплекс мотелей, теперь отчасти уничтоженный огнем, когда-то был очень прибыльным и популярным благодаря своему местоположению. Мотели выстроили неподалеку от Центральной площади — главного торгового района города, и в то же время оттуда можно было пешком дойти до моста через широкую реку Манавату, по берегам которой были разбиты прекрасные парки с цветущими деревьями, местными растениями и кустарниками, розариями и теплицами, лужайками, рощами для пикников и плавательным бассейном под открытым небом.
К трем часам пополудни в пятницу Стюарту наконец удалось разделаться с делами, пустить события в нужное русло, и он снова завел разговор о том, чтобы заехать в Апити, прежде чем отправиться в Окленд.
— Ну вот, мы сделали все, что могли. Как думаешь, у нас есть время, чтобы ненадолго заглянуть к твоим родителям? — сказал он, поудобнее устраиваясь в кресле в вестибюле отеля, потянулся и посмотрел на часы: — Сейчас у нас двадцать минут четвертого. Если мы выедем в Окленд, будем там около десяти вечера, так что, видимо, к тебе заехать не успеваем. — Он откинул голову назад и прикрыл глаза от ярких солнечных лучей, которые настырно лезли в высокие окна вестибюля.
— Ну пожалуйста, Стюарт! — взмолилась Синди и, увидев, как он тут же открыл глаза и насмешливо уставился на нее, торопливо поправилась: — То есть мистер Ньюман.
— Пусть лучше будет Стюарт, мне так больше нравится. Ты уже раньше меня так называла несколько раз.
— Да, разве? — с невинным видом спросила она.
— Ты прекрасно знаешь, что называла.
— Ну пожалуйста, давайте поедем, а? Я могу прямо сейчас позвонить домой. Мама и папа будут очень рады. Они с удовольствием приютят нас на выходные...
— А кто говорил о выходных? Может, у меня есть планы на завтрашний вечер. — И он снова закрыл глаза.
Синди растерянно поморгала от неожиданного разочарования, хотя была уверена, что он ее просто дразнит. «Предатель! — подумала она. — Он нарочно так говорит».
— А-а... Ну хорошо, тогда ничего не поделаешь. В каком-то смысле так даже лучше.
— Как это? — пробормотал он, притворяясь, что дремлет.
— Я как раз подумала... что слишком чистый свежий воздух и здоровая деревенская еда могут оказать дурное влияние на ваш организм. У вас и так смущенный и растерянный вид, и это в Палмерстоне, а что с вами станется, если проведете все выходные в предгорьях, да еще если вам придется ездить верхом по нашим диким местам... Впрочем, вам это не под силу, вы на это, я думаю, не способны. Потом вам несколько недель придется приходить в себя. Да вы, может, и вообще не умеете держаться в седле...
Стюарт расхохотался:
— А знаешь, может, ты и права. — Он снова откинулся на спинку кресла и закрыл глаза; на его лице блуждала глуповатая счастливая улыбка.
— Ух-х, вы!.. — Синди встала, взяла свою сумочку, блокнот и карандаш и решительно зашагала к себе в комнату собирать вещи.
— Лучше сообщи своим родителям заранее, что мы скоро приедем. Мне не хочется опоздать на ужин с этой «здоровой деревенской едой», которую ты мне обещала, — крикнул ей вслед Стюарт, как раз когда она уже входила в лифт.
«Он самый наглый, невыносимый... — в бешенстве думала Синди, надавливая кнопку своего этажа, — самый потрясающий и непредсказуемый из всех мужчин!» Она не смогла сдержать счастливого смеха и побежала по коридору в свой номер, подпрыгивая от радости.
— Алло, мама? — В спешке она забыла закрыть дверь своего номера и вдруг увидела Стюарта, прислонившегося к косяку. Он стоял, взлохмаченный, разомлевший, полусонный, и смотрел на нее.
Девушка кинула на него сияющий признательностью взгляд и повернулась спиной, стараясь сосредоточиться на телефонном диске — звонок сорвался, и она снова набирала номер, тыкая в дырочки карандашом. Однако ей никак не удавалось забыть о массивной фигуре, которая маячила на пороге. Стюарт был одет просто — в голубой пуловер и темные свободные брюки. Синди немного застеснялась оттого, что сидит на кровати совсем неэлегантно, со скрещенными ногами.
— Синди?
— Да, мам, это я.
— Откуда ты звонишь? Мне показалось, оператор сказал, что звонок из Палмерстона.
— Да, все правильно. Я здесь уже два дня.
— Два дня! А что ты там делаешь? У тебя все в порядке, доченька?
Синди засмеялась:
— Мама, ну разве по моему голосу можно сказать, что со мной что-то случилось? Я просто приехала сюда по делам с мистером Ньюманом...
— С кем, с кем? — перебила ее мать.
— С мистером Ньюманом, это мой босс. — Синди чувствовала, как пристально смотрит на нее Стюарт, и этот взгляд уже начал смущать ее.
«Он наверное, решит, что я не стала писать или говорить маме по телефону про свою работу», — подумала она, очень недовольная.
— Мы сейчас в отеле «Пионер», ты знаешь — его недавно построили на шоссе Пионеров.
— И ты живешь вместе с этим мужчиной в отеле уже два дня?
Синди вспыхнула, ей стало жарко, потом холодно от тона, которым это было сказано. «Она подумала, что мы со Стюартом... Да нет, не может быть. Но она так сказала: «с этим мужчиной»...
