Прости, Элси. Не думала, на что тебя обрекаю, отправляя учиться именно на этот факультет. Но если, несмотря на трудности, тебе там нравилось, тоже прости. Потому что я тебя переведу. Займемся чем-нибудь не таким опасным и изнуряющим. Нет, не зоомагией. Я вышла из того возраста, когда мечтают выучить язык животных. Графу сказала бы пару ласковых при встрече, но он у меня и человеческий неплохо понимает. А мы, Элси, пойдем на целительский. Медицина у меня в крови. Дед это часто повторял. Неделю со мной не разговаривал, когда я документы на экономический подала. Забыл, как сам говорил, что в наше время рядовому врачу себя прокормить нелегко. Я нерядовым вряд ли стала бы. И тут в светила рваться не буду, лишь бы от полигона держаться подальше.
– Неплохой план, – сказал вновь появившийся рядом бог. – А по исчезновениям что надумала?
– Пока ничего.
Наверное, стоит побывать на месте преступления? Или личные вещи жертвы осмотреть?
– На личные вещи взглянуть можно, – подмигнул Мэйтин. – Полиции пока не до этого. А Кинкин жил в том же общежитии, что и один из твоих друзей.
– Рысь?
– Ну не эльф же? – усмехнулся он и снова исчез.
Куратора я нашла на факультете. За неимением собственного кабинета мистер Вульф устроился в пустой аудитории, где проверял письменные задания, сверяясь со справочником. Глядя, как он, взяв очередную работу, с сомнением хмурит брови, листает книгу и расслабленно вздыхает, убедившись в своей правоте, трудно было сдержать улыбку.
– Мисс Аштон? – Саймон захлопнул справочник и сунул его под стол. – Вы ко мне?
– Да. Вот. – Приблизившись, я протянула ему заявление. – Милорд Райхон оставлял вам предписание на этот счет.
– Сразу – да, но после он его отозвал.
Не думала, что Оливер вспомнит обо мне после исчезновения Мартина. Какой у нас, однако, ответственный ректор!
– Но я ведь все равно могу просить о переводе? – спросила с надеждой.
– Да. Но почему вы хотите уйти… – Вульф заглянул в заявление и удивленно моргнул. – На целительский?
– Мне кажется, это более подходящая для меня специальность. И родители так считают. Они не одобряли мой первоначальный выбор, ведь боевая магия вряд ли пригодится мне в будущем.
– Моя мать тоже не обрадовалась, когда я поступил на боевой, – пожал плечами маг. – Тоже говорила, что я не найду приличной работы. Но я стал преподавателем. Достойная и уважаемая профессия.
– Мать, наверное, вами гордится.
– Пока не очень, – смутился молодой человек.
– Я преподавателем не стану, – вернулась я к тому, зачем пришла. – Вряд ли у меня получится учить других. А навыки целителя всегда пригодятся.
– Понимаю, – кивнул мистер Вульф. – Хоть мало кто решился бы на перевод на третьем курсе. Но некоторые вообще уходят из академии. Переводятся в Глисетский университет или в высшую школу Найтлопа. Уровень образования там ниже, зато спокойнее. Вы уже знаете о Мартине?
– Да.
– Вы не поэтому?.. – он поглядел на меня, на заявление и снова на меня.
– Не поэтому, – заверила я.
Саймон удовлетворенно кивнул, словно мой ответ совпал с тем, что он вычитал в справочнике, подписал заявление и пожелал мне удачи на новом месте.
– Подпишите у декана нашего факультета, а затем – у декана целителей. Вы же согласовали перевод?
– Конечно, – соврала я.
Решить вопрос я планировала в обход деканатов.
К четырем часам, когда бледное зимнее солнце уже опустилось к горизонту, я была в главном корпусе.
– Милорд Райхон занят, – с неприятной улыбочкой сообщил секретарь. – Можете записаться на прием. В будущую среду вас устроит?
– Нет. Будьте добры, сообщите милорду Райхону, что я хочу поговорить о происшествии на полигоне.
Игнорировать упоминание полигона он не посмел. Проскользнул в едва приоткрытую дверь ректорского кабинета и практически тут же вышел.
– Вас примут, – бросил так, словно согласие Оливера на разговор со мной оскорбило его до глубины души.
– Спасибо, – поблагодарила я, поборов соблазн сказать что-нибудь едкое или хотя бы одарить его уничижительным взглядом, хорошо удававшимся аристократке Элизабет.
Прошла в кабинет.
– Присаживайтесь, мисс Аштон, – пригласил сидевший за столом ректор. – Я верно понял, у вас есть информация о сегодняшнем происшествии?
– Да, – я опустила глаза, чтобы не смотреть ему в лицо. Отвлекало.
– Почему вы не поделились ею с инспектором?
– Не хотелось, чтобы кто-либо знал. Но и скрывать это не получится. – Я глубоко вдохнула, собираясь с духом, и выпалила: – Сегодня на полигоне пострадал не только Мартин Кинкин, но и я.
– Каким образом? – в голосе Оливера слышался скепсис: Элси давно исчерпала лимит его доверия.
– Во время тренировки что-то случилось. Что-то, из-за чего я… Я не могу использовать магию! – Эмоции Элизабет выплеснулись наружу, и последняя фраза прозвучала с неподдельным отчаянием.
– Что, простите? – не выказывая и толики обеспокоенности, переспросил ректор.
– Я не могу использовать магию, – всхлипнула я.
– И в чем это проявляется?
– Ни в чем. Ни в чем не проявляется! Плетения не плетутся, фигуры не складываются, потоков не вижу. Хорошо, на полигоне иллюзии были, а если бы настоящие зомби?
