Так вот, к слову о сушке, очень жалею, что не вела дневник, но по ощущениям помню, что в начале всегда хотелось жрать, и все время казалось, что от меня пахнет яйцами и тунцом. Сорваться и сожрать что-нибудь сладкое больше всего хотелось уже на второй день. В мозгу постоянно появлялись мысли: "хочу пончик, хочу пепси, хочу пиццу, хочу шоколадку". В голове мысли только о том, где достать еду, любую еду. Любые разговоры, СО ВСЕМИ, плавно переходят в рассказ о том, как я хочу жрать. Иногда даже в моей голове появлялись мысли: "да сколько можно, ты о чем-нибудь другом думать можешь?" На третий день чуть не со слезами отказывалась от шоколадного тортика с клубникой и шампанским. Потом правда стало легче, так как вошло в привычку, но тут меня лишили углеводов. И нытье перешло на новый уровень. Я вообще много ною, мне так видимо легче бороться с трудностями, коллективно так сказать. Поныл – день прошел не зря. Самое интересное, что походы куда-либо (я имею в виду заведения, куда обычно ходят скоротать время за вкусной едой) автоматом становятся бесполезными, потому что МНЕ ЭТО НЕЛЬЗЯ. Со временем на тренировках тебе слышатся фразы, связанные исключительно с едой и сном. С тобой могут разговаривать о чем угодно, но ты будешь переспрашивать: "Жрать? Поспать? Что???" В общем, официально заявляю: "не есть – вообще не мое". Еще ладно есть, спать и тренить, это я еще пойму, но не есть и тренить – это особый вид мазохизма. К слову, мне очень повезло со всеми, кто меня окружает и, в частности, окружает на работе. Зная свой "нордический характер", специально сказала всем, чтоб следили за мной, когда я тренируюсь. С этого момента в нашем зале достаточно часто стали раздаваться стоны (мои естесственно) и крики (тоже мои): "Ненавижу тебя!" (в основном, в сторону Нади, конечно). Сразу скажу, тренера такие же люди, как и все, и мне себя было жалко. Очень жалко. Находилось тысячу отмаз, почему не сегодня, почему я устала и вообще, магнитные бури, я старая, больная женщина, и я умираю. К слову сказать, на четвертый день я действительно стала умирать с температурой 39 и так умирала две недели, до тех пор, пока мне не осталось 35 дней. Причем периодами я делала вылазки в зал, с криками: "Мне так лучше, я всю жизнь так быстрее выздоравливаю", но температура почему то не отступала. Благо, добрые люди не оставили меня в беде, привозили витаминки, еду, иначе бы я наверно так и не долечилась. Уже тогда в моем мозгу зародилась мысль, что я что-то делаю не так. Хотя, как мне сказали, когда я умудрилась снова заболеть: "Если ты болеешь на сушке – значит ты все делаешь правильно, так как на сушке иммунитет всегда ослаблен".
Значит я все делала правильно первые две и последнюю неделю своей сушки. Так как их я с чистой совестью проболела и на сцене я тоже стояла с соплями, боясь трогать лицо своими чумазыми ручками. С начала марта я начала считать дни до конца сушки, зачеркивая их в настенном календаре. К слову сказать, март прошел под девизом: "Просто переживи это" (Стивен Кинг добавил бы еще пару слов, но я, к сожалению, не он). За 15 дней до конца сушки я срываюсь, и съедаю целую коробку конфет, вкуса которой, кстати сказать, я не ощутила вообще. (Причины у меня были, и я считаю достаточно объективные, и как утверждает Надя: "А на сушке всегда происходит какая-нибудь фигня". После этой фразы я задумалась,а готова ли я переживать новую фигню в следующий раз, если я с этой еле справляюсь?..) Мне кажется, это даже включаются какие-то силы свыше, что-то типа, если уж решил проверить себя, то проверяй до конца. В общем, с этого дня ровно 8!дней я срывалась.
8 дней я ела все, что видели мои глаза. Ела углеводы, в виде каш, которые мне по-хорошему было нельзя, ела лаваши с сыром, пироги с клубникой, багеты и много чего еще, чего я уже и не помню, потому что мне, видимо, очень стыдно). Как шутил мой друг: "Хорошая у тебя сушка, я так не каждый день питаюсь", на что я отвечала: " А то, авторские методики!". Каждый день корила себя за срывы, пыталась вернуться в нормальный режим, но соблюдать диету после срыва стало еще сложнее (кстати, так и не купила себе валерьянки). При всём при этом, я всё так же плохо себя чувствовала, и морально и физически. Еда просто перестала доставлять удовольствие. К тому же появилась навязчивая мысль, что уж на следующее утро я отвечу за все съеденное и проснусь жирной.
Все последние 15 дней почти перед каждым групповым занятием я думала: "Главное – не сдохнуть", но при этом, могу сказать,что стоило мне увидеть людей и я заряжалась новой энергией, и один-два-три часа тренировок проходили как минута. Вообще, мне очень повезло с людьми, которые меня окружают. Каждый (Повторюсь, КАЖДЫЙ!!!), с кем я общалась в этот недолгий период времени, нашел слова поддержки для меня. Это было важно. Это всегда важно. И я рада, что не могу сказать, что кто-то стал мне врагом во время сушки, что в ком-то разочаровалась. Нет. Я счастлива быть собой, быть там, где я есть, общаться с теми, кто рядом.
