«Снова замерло все до рассвета
В ожидании песен поэта…»
«Я строго критикую САМ,
Но признаю ТВОИ ошибки».
«Покой ценя.
Покой любя,
Ни ты меня,
Ни я тебя…» —
писал А. Безыменский, намекая на отсутствие принципиальности у отдельных литераторов.
Ио тут же досталось и самому Александру Ильичу, автору в свое время знаменитой «Трагедийной ночи», которую я, помнится, проходил еще в школе:
Так сказать, не взирая на лицо…
Очередной конкурс на лучший юмористический и- сатирический рассказ собрал много авторов, как профессионалов, так и (что отрадно) любителей.
Конкурс проходил «под девизом», то есть до объявления результатов фамилии авторов оставались тайной даже для жюри.
Конкурс длился довольно долго, но всему приходит конец. Пришла пора подводить итоги.
Компетентное жюри заседало без перерыва на обед, спорили, даже ссорились, но все таки премии распределили единодушно. Осталось вскрыть приложенные к рассказам в запечатанных конвертах с фамилиями авторов, чтобы узнать, кого опубликовали, словом, кто есть кто.
О том, что было потом, уже несколько лет вспоминают.
Вскрывают первый конверт. Девиз такой-то… Автор — инженер-конструктор С. А. Комиссареико.
Далее. Девиз такой-то… Автор — инженер-конструктор С. А. Комиссаренко.
Небольшое замешательство. И снова щелкают ножницы.
Девиз такой-то… Автор инженер-конструктор С. А. Комиссаренко.
Началось что-то похожее на панику. А что, если все напечатанные рассказы принадлежат одному автору?
Новый конверт. Вздох облегчения!
Автор другой!
— Ну что ж, — бодро воскликнул председатель жюри. — Есть и у других авторов порох в пороховницах. Поехали дальше.
Вскрывают конверт. Девиз такой то… Автор — инженер-конструктор С. А. Комиссаренко!
Удивительная плодовитость! Впрочем, чему удивляться: раскройте «Крокодил», «Неделю», «Литературную газету», где-нибудь, а то и одновременно везде вас встретит старый добрый знакомый — Семен Анатольевич Комиссаренко, инженер-конструктор.
Как видите, не только физики шутят…
Первая книжка в «Библиотеке Крокодила» для сатирика всегда праздник! Да еще если автор в годах.
Поначалу все было хорошо: набор, гранки, макет, верстка, читка.
На лице писателя К. сияла улыбка.
Но вот дело дошло до шаржа, и улыбка исчезла.
Первая попытка не увенчалась успехом. По словам автора, художник «что-то не уловил».
Вторая попытка тоже не улучшила настроение автора. Начались волнения. Сроки поджимали. Художник нервничал, а автор отклонял вариант за вариантом.
— В чем дело? Чем вы недовольны? Отличный шарж: и сходство ухвачено и где-то вы даже красивый!
— За такой шарж меня жена выгонит из дому или, что еще хуже, уйдет сама…
Так продолжалось довольно долго, но все же на каком-то этапе автора удалось уговорить. Шарж заслали в производство. Книжка благополучно увидела свет.
— Ну, как жена?
— Сказала, еще один такой шарж — и будем разменивать жилплощадь. Я готовлю новую книжку, нельзя ли без шаржа?
Более сорока лет делал темы для рисунков Александр Васильевич Чикарьков. Не было, пожалуй, ни одного художника, который бы не рисовал по его задумкам.
Удивительный труженик, мягкий и застенчивый, душевный и обязательный, Александр Васильевич прошел войну боевым командиром. И никто, даже из хорошо знавших его, не мог этому поверить, не мог представить его в гуще огня.
О войне он не говорил или отшучивался, но, как известно, в каждой шутке есть доля правды.
— Как же вы поднимали солдат в атаку? С вашим-то характером? — спрашивали у него.
— А очень просто. Я говорил: очень прошу вас, извините, конечно, но нужно сходить в атаку, во-о-он на ту высотку. И взять ее. Пожалуйста!
С войны он вернулся увешанный боевыми орденами и медалями. Тяжелая же контузия наложила отпечаток на всю его дальнейшую жизнь, с ней он мучился до последних своих дней.
Этот бесстрашный воин на темном совещании дрожал, как первоклассник, когда читали его темы. И очень смущался, когда что-то принимали или, не дай бог, хвалили.
Работе в журнале он отдавался целиком и полностью. Выполнял любое задание: надо, значит, надо! Это о нем как-то сказал один из долгожителей «Крокодила» Вилли (да, именно Вилли, так его звали и в семидесятилетием возрасте!) Гранов:
— Сидит орел, на тему набрел, а над ним ореол!
Он заслуживал ореола…
Крокодильцы всегда и везде были желанными гостями и гостеприимными хозяевами.
