– Вы так убедительно и красочно расписали покупателю планировку дома, удобство места его расположения, а также прекрасный внешний вид, что мне самому захотелось стать его владельцем.
Когда Твен стал известным писателем, к нему начало приходить много писем с просьбой о помощи. Как-то из одного городка к нему пришло письмо, в котором магистрат просил прислать денег на строительство стены для городского кладбища. Твен ответил:
– Считаю ваш проект ненужным. Те, кто на кладбище, уже не могут его покинуть, а те, кто за его стенами, не имеют никакого желания туда попасть.
Как-то спросили Твена, в чем он видит разницу между ошибкой и заблуждением.
– Если вы возьмете чужой шелковый зонт вместо своего хлопчатобумажного, это будет ошибкой, – ответил Твен. – Если же вместо собственного шелкового прихватите чужой хлопчатобумажный – это будет заблуждением.
Приехав в одну из лондонских гостиниц, Твен увидел в книге записей приезжающих отметку: «Лорд Л. с камердинером». Твен, в свою очередь, написал: «Марк Твен с чемоданом».
Твен писал одному юноше, который жаловался, что родители его «малопонятливы»: «Потерпите! Когда мне было четырнадцать лет, мой отец был так глуп, что я с трудом переносил его. Но когда мне исполнился двадцать один год, я был изумлен тем, насколько этот старый человек поумнел».
На одной из встреч с читателями Твена спросили:
– Как пишутся популярные книги?
– О, это очень просто! – ответил писатель. – Для этого достаточно иметь перо и бумагу, а потом вы без всяких усилий пишете все то, что вам приходит в голову. Немного хуже обстоит дело с тем, что именно приходит в голову.
Путешествуя по Франции, Твен ехал в поезде в город Дижон. Поезд был проходящим, и он попросил разбудить его по прибытии в Дижон. При этом писатель сказал проводнику:
– Я очень крепко сплю. Когда вы меня начнете будить, может быть, я стану кричать. Так не обращайте на это внимания и обязательно высадите меня в Дижоне.
После сказанного Твен пошел спать. Когда он проснулся, было уже утро, и поезд подъезжал к Парижу. Писатель понял, что проехал Дижон, и очень рассердился. Он побежал к проводнику и стал ему выговаривать:
– Я никогда не был так сердит, как сейчас, – кричал он. Проводник посмотрел на писателя с удивлением.
– Вы не так сильно сердитесь, как тот американец, которого я ночью высадил в Дижоне, – сказал он.
Увлечение спиртными напитками отрицательно отразилось на здоровье французского художника Мориса Утрилло. Однажды он обратился к парижскому извозчику:
– Вот вам, добрый человек, франк и выпейте за мое здоровье!
Извозчик посмотрел на бледнолицего и изможденного художника и сказал:
– Я думаю, сударь, что вам придется еще добавить. У вас такой болезненный вид, что, пожалуй, одного франка будет маловато.
Уэллса попросили рассказать, что такое телеграф.
– Представьте себе гигантскую кошку, – объяснил писатель, – хвост ее в Ливерпуле, а голова в Лондоне. Когда кошке наступают на хвост – раздается мяуканье. Точно так же работает телеграф.
– А что такое беспроволочный телеграф? – спросил один из слушателей.
– То же самое, – ответил Уэллс, – но только без кошки.
Шоу отозвался довольно критически о живописи в присутствии одного художника.
– Почему вы разрешаете себе быть таким непримиримым? – вознегодовал художник. – Ведь вы же, сэр, не написали в жизни ни одной картины!
– Что верно, то верно, – спокойно согласился с ним писатель. – Однако я могу же высказать свое мнение об омлете, хотя не снес в своей жизни ни одного яйца.
Шоу как-то попросили высказать свои взгляды на брак. Он сказал:
– Тут дело обстоит так же, как в обществе франкмасонов. Те, кто не вступили в него, ничего не могут сказать. Те же, кто уже вступил, вынуждены молчать навеки.
Т. Гейнсборо. Портрет Роберта Эндрюса с женой Фрэнсис
Как-то Шоу получил странное приглашение, гласившее: «Лорд X. будет у себя дома в следующий вторник между четырьмя и шестью часами».
На оборотной стороне приглашения Шоу скромно написал: «Бернард Шоу тоже».
Шоу был приглашен как-то в один богатый дом. Не успел он вой ти в гостиную, как дочь хозяина дома села за рояль и принялась играть какую-то салонную пьеску.
– Вы, кажется, любите музыку? – спросил его хозяин дома.
– Конечно, – ответил Шоу, – но пусть это не мешает вашей дочери музицировать.
Шоу встретился с очень толстым джентльменом. Взглянув на худого Шоу, толстяк сказал:
– У вас такой вид, что можно подумать, будто Англия голодает.
– А посмотрев на вас, – ответил Шоу, – можно подумать, что вы являетесь причиною этого голода.
Чувство юмора не покидало Шоу даже в последние дни его жизни. Его экономка вспоминала: «Одна из ирланд ских радиостанций прервала программу, чтобы спросить, какую мелодию он хотел бы услышать. Они знали о его любви ко всякой музыке и, наверное, ожидали, что он выберет что-нибудь классическое, а он удивил их всех и выбрал ирландскую мелодию, которая называется «Помирает старая корова».