Больше заинтересовали ее дочери – такие похожие на свою мать, и по ее же словам еще более опасные и беспощадные. Их жертва фактически мнение матери подтвердила, но Дуг, привыкший тщательно собирать материалы, пока не хотел подводить итоговую черту, и разослал дополнительные поручения своей агентуре. С последними годами деятельности Георга Теодоракиса и его подручных благодаря Рону, Дуг был уже знаком и поэтому разобраться в деталях их биографий и характерах было необходимо.
Дуг уже собирался установить аппаратуру и у квартирной хозяйке Рона, когда колесо фортуны совершило очередной поворот. На имя Ламоля пришло послание из Канады. Де Гре не церемонилась. Хозяйка вскрыла послание, и отношение преследователей к Рону резко изменилось. Из заведомо отработанного материала, он превратился в объект пристального и далеко идущего интереса.
Сообщение от стряпчих известной монреальской юридической конторы принесло известия о беспутном дядюшке Уильяме, расплевавшемся с чванливым семейством Ламолей еще перед первой Мировой войной и сгинувшем тогда же, где-то в прериях Канады. Оказалось, что упрямец, отказавшись от надутых родственников, заодно отказался и от их фамилии. Точнее освободил старую родовую, французскую по происхождению фамилию, от признаков дворянства и стал просто Биллом Молем. Любые упоминания о дяде Билле в семье были под страшным запретом и Рон толком о нем ничего не знал. И вот адвокаты дяди «с прискорбием» сообщали о кончине мистера Уильяма Моля. Владельца огромной пшеничной империи на юге Канады и таких же необозримых счетов в самых солидных банках Северной Америки и Европы. «С глубоким почтением» и с твердой уверенностью в солидном гонораре, мистеру Рональду Ламолю сообщали о том, что он является единственным законным наследником своего бездетного дяди и что «он может вступить во владение наследством в любое удобное для него время». При этом господа стряпчие естественно брали на себя оформление всех формальностей.
Наследство Рона делало недавние трудности по приобретению острова пустяком. Услышав о возможности приобрести греческий островок, он согласился, даже не поинтересовавшись, что из себя данный клочок суши представляет. Дуг чувствовал, что приятель опять грезит, то ли о Речел, то ли о Лиз. Впрочем, разрушать его грезы он не собирался. Важнее было заставить Ламоля понять, что теперь они могут задавать правила игры.
Первый раунд начали с возвращения Рона к себе. Его появление в оставленном несколько недель назад жилище привело хозяйку в состояние шока, впрочем, как и дальнейшее поведение. Придерживаясь отработанного сценария, без удивления принял известие о свалившемся с неба богатстве. Без внимания оставил чужое вторжение в тайну своей корреспонденции. Ни словом не ответил на массу информации, которую пыталась излить на него словоохотливая женщина. В общем, перед ней был совсем другой человек, лишенный эмоций, собранный и деловитый. В тот же вечер был заказан билет на ближайший самолет, и следующим утром, отягощенный лишь небольшим чемоданчиком, Ламоль отбыл в аэропорт.
За рулем такси естественно был Дуг. Он уже знал, что информация о появлении Рона незамедлительно поступила к де Гре, и, опасаясь соглядатаев Георга, его решили переодеть и загримировать после регистрации билета на заказанный рейс. Билетом на этот рейс пожертвовали. В Монреаль вылетели вдвоем, следующим рейсом и под чужими фамилиями.
И в этот раз спектакль, разыгрываемый судьбой, преподнес неожиданный поворот сюжета. У прилетевших были причины спешить. Из аэропорта уехали практически сразу после выполнения обычных формальностей. Задержались ненадолго, воспользовавшись туалетом, лишь для того, что бы вернуть себе обычную внешность. Не теряя времени и даже не заглянув в гостиницу, где были заказаны номера, а тем более в газеты, отправились к юристам.
Придирчивость, с которой, стряпчие изучали документы наследника, сначала приняли за добросовестность исполнителей, но, в конце концов, все это перешло границы разумного, и Дуг от имени Рона потребовал объяснений. Хотя в результате, объясняться пришлось и им самим - они не видели утренних газет и прибывали в блаженном неведении. Оказалось, что полицию не вызвали только потому, что документы Рона не вызывали ни малейшего сомнения в их подлинности и фирма боялась потерять из-за скандала такого солидного клиента.
В результате перед визитерами положили официальное извещение, из которой следовало, что Рональд Ламоль числится погибшим в авиакатастрофе. Самолет, билетами на который пренебрегли, сгинул где-то в водах Атлантики.
