Складывалось впечатление, что остров был местом поклонения разных средиземноморских народов, где верования переплелись и, несомненно, мирно уживались. Более того, эти верования явно были не такими, какими их преподносит официальная история. В храмах создававшихся не одно столетие перепуталась вся история древнего восточного средиземноморья, причем история нам неизвестная и мало похожая на ту, что вдалбливают профессора в головы студентам в европейских университетах.
Лиз с юности помогавшая крестному и матери в их «постановках», отчетливо поняла, что все, чем они занимались эти годы, вдруг приобрело новое значение. Другую окраску.
Более того, и Лиз при случае сказала об этом Тессе. Многие реконструкции Георга в эти годы, похоже, приобретут новые толкования, а возможно и найдут неожиданные подтверждения на этом острове.
Все и Лиз с Тессой, и мать с Теодоракисом, и люди Макдедли понимали, что они стоят перед чем-то, что может всколыхнуть научный мир, и когда Дуглас предложил обсудить происходящее, все охотно собрались в особняке, где разместилась мать с Георгом. К обсуждению не стали привлекать только детей.
Взяв на себя роль ведущего Дуглас начал совещание с напоминания, что он представляет на острове интересы Великобритании. Он подчеркнул, что все присутствующие стали участниками серьезного научного открытия, которое возможно в немалой степени способно изменить взгляды на историю развития европейской цивилизации. Подчеркнул роль Лиз и Тессы, как авторов этого открытия, которые вправе рассчитывать на продолжение своей работы.
Он вполне обоснованно предположил, что остров станет центром всеобщего
внимания, не только научной общественности, но и досужих до сенсации репортеров, как только будут опубликованы материалы проведенных работ. Собственно именно это его больше всего беспокоило, и именно этого допустить он не мог.
Остров был секретной базой спецслужб Великобритании, и публиковать информацию об этом никто не имел права. Но главным ради чего он собрал семейство де Гре и Теодоракиса было то, что он практически открытым текстом предупредил их о том, что при сложившихся обстоятельствах они все, включая команду яхты, становятся пленниками острова. Пленниками, по крайней мере, до тех пор, пока не предъявят доказательства того, что способны сохранить тайну острова в секрете.
Однако Дуглас тут же не забыл об очередном реверансе в отношении «Элизабет и Терезы», как «авторов крупнейшего научного открытия, вставших на пороге глобального переворота в исторической науке». Короче он прямо сказал, что разрешит продолжать начатые работы, только если получит от них определенные гарантии.
Георгу пришлось, такие гарантии обещать и Макдедли сделал вид, что им поверил.
После совещания мать подала условный знак «Срочного сбора на совет», поэтому Лиз попросила Речел и Дика ее не ждать. Теперь они с Тессой не торопились уходить с террасы, ожидая пока Георг, закончит чаепитие. Лиз холодно взвешивала возникшую ситуацию. Слова Макдедли, несомненно, несли скрытую угрозу. Их явно объявили пленниками, и Лиз не удивила предосторожность крестного. Чинно выйдя из-за стола, Теодоракис предложил матери и двойняшкам прогуляться в парке.
Только углубившись в парк на достаточно большое расстояние от домов, Георг начал говорить:
- Я не могу быть уверен, что каждое наше слово не записывают, тем более после того, что нам сообщил господин Макдедли. По крайней мере, здесь это менее вероятно. Да, все дальнейшие разговоры о том, что я вам теперь скажу вести только на улице.
Я не знаю пока, благоволит ли нам Фортуна, и мы становимся соучастниками великого открытия или же мы попали в скверную историю.
В любом случае мы застрянем здесь надолго. Это очень странное место. Это не армейская база! И я знаю, что ни одна спецслужба не будет так долго возиться с «гражданскими лицами» если за этим не стоит какого-то для них интереса. Они создали нам комфортные условия, но, по сути, мы пленники. И я уверен, что если кому-то вздумается нас искать, то мы окажемся пропавшими без вести.
По крайней мере, вы дорогая попали в этот плен по собственной воле, – обратился он к матери. – И розыски Вас и ваших детей приведут только к неизвестному гидросамолету в бухте Пирея, на котором вы улетели в неизвестном направлении. Мы же с яхтой сгинули еще за неделю до этого. – Георг усмехнулся, а на лице матери появилась привычная улыбка. – Если это «постановка» то воистину достойного нас размаха.
И так, к делу. Все, что касается тебя Бет, мы обсудим позднее. Девочки… - крестный обратился к сестрам. - Дело, которое мы начали на «Ариадне» продолжается. Мы недооценили Макдедли, он, по-видимому, серьезный противник. А почему бы из него не сделать союзника? Во всех остальных случаях мы рискуем проиграть.
