Начальник Города 72, 16-го Северо-Американского отделения, оторвал взгляд от стола и вопросительно посмотрел на своего помощника.
— Следующее дело — Аллана Манна, регистрационный номер 2473Р6, - доложил Пятый заместитель Начальника. — Обвиняется в безумии.
— Арестованный здесь? — спросил Начальник и, получив утвердительный ответ своего подчиненного, приказал: «Введите!»
Первый заместитель вышел и вскоре вернулся. Следом за ним вошел в сопровождении двух охранников заключенный, молодой человек в форменной одежде — рубашке без рукавов и белых шортах, с квадратной синей эмблемой отдела механики на плече.
Он бросил нерешительный взгляд на просторный кабинет, клавиатуру огромных вычислительных машин, телеэкраны, на которых виднелись изображения расположенных на краю света городов, на широкие окна, за которыми высились громадные металлические здания-кубы Города 72.
Начальник громко зачитал лежавший перед ним документ.
— Аллан Манн. Регистрационный номер 2473Р6. Арестован два дня назад. Обвиняется в безумии.
В обвинении, в частности, говорилось, что Аллан Манн, работавший в течение двух лет над созданием нового атомного двигателя, отказался передать свое дело Майклу Рассу, регистрационный номер 1877Р6, как приказал ему руководитель. Свой отказ он не смог разумно обосновать, разве только тем, что два года работал над двигателем и хочет завершить эту работу сам. Так как данные действия представляют собой типичный случай безумия, была вызвана полиция.
Начальник в упор посмотрел на арестованного.
— Аллан Манн, у вас есть что-либо сказать в свою защиту?
Юноша покраснел.
— Нет, сэр. Просто хочу сказать, что понимаю теперь свою ошибку.
— Тогда почему вы взбунтовались против приказа руководителя? Разве он вам не говорил, что на завершающем этапе работы Майкл Расе квалифицированнее вас?
— Да, говорил, — ответил Аллан Манн. — Но я так долго работал над этим двигателем, что хотелось самому довести до конца эту работу, даже если бы на это ушло больше времени… Понимаю, что с моей стороны это было неразумно…
Начальник положил на стол обвинительный акт.
— Вы правы, Аллан Манн. С вашей стороны это было неразумно. Поступив безрассудно, вы посягнули тем самым на устои нашей цивилизации.
Он поднял тонкий палец и громко, отчетливо произнес:
— Благодаря чему, Аллан Манн, из множества воевавших между собой наций возникло нынешнее Всемирное государство? Благодаря чему из этого мира ушли навсегда войны, страх, бедность, нищета? Человека возвысил разум. Он поднял его с прежнего животного уровня на нынешнюю ступень. Представьте, в былое безумное время на земле, где построен наш город, стоял другой, называвшийся Нью-Йорком, в котором люди в одиночку боролись с трудностями и безрассудно воевали друг с другом, напрасно теряя при этом свое время и силы.
Все изменилось благодаря разуму. Мы избавили людей от прежних мыслей, которые их будоражили и сводили с ума, и теперь внемлем лишь спокойному голосу разума. Разум вывел нас из варварского состояния XX века, и поэтому любой отказ от разумных действий является тяжким проступком и квалифицируется как преступление, направленное на подрыв Всемирного государства.
Во время этой речи Аллан Манн не знал куда деваться.
— Понимаю, сэр, — сказал он. — Но надеюсь, что нарушение моего ума будет рассматриваться как простое временное расстройство.
— Я так и рассматриваю его, — заявил Начальник. — Уверен, что сейчас вы осознаете всю серьезность вашего неразумного поведения. Но подобное объяснение вашего поступка нисколько не оправдывает его. Факт остается фактом: вы совершили преступление против разума и должны понести наказание согласно закону.
— А какое наказание? — спросил Аллан Манн.
Начальник внимательно посмотрел на него.
— Аллан Манн, вы не первый совершаете это. Не только вы поддались иррациональному настроению. Этот атавистический переход к безумию наблюдается все реже и реже, хотя еще и имеет место.
Нами давно разработан план по исправлению этих, как мы их называем, безумцев. Мы их не наказываем в прямом смысле слова, так как наказание таких людей было бы само по себе актом безумия. Мы просто пытаемся их излечить. Посылаем на так называемый остров безумия.
Это небольшой островок в несколько сотен квадратных километров по эту сторону океана. Туда отправляют всех безумных. На этом острове нет никакого правительства. Там живут только безумцы. И нет никаких жизненных удобств, созданных человеческим разумом. Эти люди вынуждены жить, полагаясь лишь на самих себя, как в первобытные времена.
Мы не вмешиваемся, когда они дерутся между собой или нападают друг на друга. Нас не интересует, обворовывают они друг друга или нет, ибо, ведя такой образ жизни в месте, где нет никакого разумного порядка, они скоро начинают понимать, что представляют собой общество, лишенное разума. Это не забывается никогда. А после отбытия наказания те, кто вернулся, а их большинство, рады прожить с умом остаток дней своих. Неисправимые же безумцы остаются на острове до самой смерти.
