Помните: вот Создатель взял прах земной и вылепил из него куклу. Он, вдохнул в ноздри её дыханье жизни и, приговаривая: «создам я человека по образу нашему и по подобию» вырастил из глины существо, сына земли и Бога. Два таинства, Образ и Подобие, приближают нас к Творцу. Образ в нас, это то нравственное чувство посаженных, проросших и поднявшихся семян, определяющих человечное в человечестве. Дивно говорил Кант: «есть только две тайны вселенной, которые действительно волнуют меня — звёздное небо над нами и нравственный закон внутри нас». Росток закона в душе может и не взойти, не окрепнуть и даже засохнуть. Его можно поливать, выделяемым самим собой и своими диковатыми соседями, пестицидом пустых сомнений, и вырастить корявый смрадный ствол, и тогда его нужно срубить.
Кто-то, и я даже знаю кто, стонет, что надо быть просто «хорошим» и тогда всё сообразуется и все притрутся друг к другу. Но, что это значит быть «просто хорошими»? Таскать овнов у соседей и кормить ими своих домочадцев, это хорошо? Для домочадцев, разумеется, а для соседей? Забить палками тетку, скосившую глаз на ладного парубка, или соседскую девчонку с ним сгулявшую, это как, это хорошо? Если хорошо то только для мулы - он педагог, а девчонкин труп, наглядное пособие. Отбомбится по Белграду, и обвинить в этом «разбомбленных», сие, просто великолепно! Эта тема: «как быть просто хорошими», очень меня занимает. То, что мои собаки «просто очень хорошие собаки», у меня сомнений ни на грош, но когда эти гнусные кабелюги Дрюч, Крюч и Буч, ни с того ни сего рвут дорогие портки дразнящему их «сефардскому» юноше, то это сволочи, а не собаки – «плохой Шарик, плохой, плохой»! Почему собака злая я знаю, и все знают. Обделённая сосиской псина, хорошей быть не должна, считают гуманисты и пихают самым свирепым псам мясо и карбонат, а дело то вовсе не в сосисках, потому что вкусное и бесплатное питание не помогает совершенно – грызутся накормленные пуще прежнего, и хватают «питателей» за розовые ягодицы крепкими белыми клыками. Моя же собака точно знает, чего я от неё хочу и без сосиски и без шлепков, она так воспитана, и жрёт только сухой корм, без изысков, а всё равно меня любит.
Есть существа дрессировке не поддающиеся, хоть лаской, хоть прижиганием, но человек не псина бессловесная, он значительно опаснее и тупее. Даже верблюд рано или поздно выучит, что за лягания будет избит и кастрирован. А если не перестанет, то его просто вскроют как копилку, вынут лишние кишки и зашьют в брюхо непослушного ишака, в ишака, барана-импотента, в барана-импотента, курей престарелых, в курей престарелых их же яйца запоздалые и всю эту мерзость станут запекать на подручном пепелище. Не то что бы верблюда волновала судьба ишака и всех прочих «начинок», но когда его соседу режут глотку, верблюд нервничает и сдерживается, не лягается. А человек нет, не сдерживается, ему козлу всё равно, он гордый! С чего это ему быть просто хорошим, без достойной компенсации или угроз, он же венец! Так вот, собаки лучше крокодилов и гадюк, потому что ближе к людям и их людей уважают, а люди лучше собак, потому что ближе к Богу, или, если вам так больше нравиться, Бог в них самих, в виде Образа своего, заставляет их быть «просто хорошими»! Посмотрите вокруг, лишённые Образа, как правило, лишаются и Подобия, способностей творца, желания изменить себя и мир к лучшему, и счастья, сидя за письменным столом писать великую трагедию или придумывать смертельный вирус. Без Образа, не срабатывает «ремень безопасности», предохранительный клапан и человек превращается в заурядную скотину, великая трагедия не пишется, может получиться и то с трудом, только смертельный вирус. И Подобие без Образа, увы, совершенно неполноценно,- не успевает совесть, схватить за руки, спешащего творца. В отсутствие тесных объятий духа, никто не мешает создателю, шагнуть во тьму, в «бессовестность», в «бесчеловечность». Быть просто «хорошими», не получалось никогда. Нравственность воспитывается не только опытом: когда мне больно, это плохо, а когда Хусейну, хорошо! Нравственность это обобщение опыта и знание его золотого правила - «не делай другому того, что ненавистно тебе самому»!
«Моральности», приходиться учиться, так же, как приходиться учиться, не писать мимо писсуара. Величие Библии ещё и в том, что она весьма человечна, и позволяет считать нравственными войну с агрессором, убийство насильника и казнь преступника, потому что, «прополка», это наших рук дело, и только в крайних случаях, Богово. И она нравственна! А вот жалость к убийце, попытки оправдать мерзость насилия, жестокость, безнравственны абсолютно.
