Где-то в глубинах мирового океана расположен Остров, не имеющий координат на картах. Достичь Его сможет только тот, кто слышит Зов Острова, кто отдаст на служение Ему все свое сердце. Таким не нужны карты и лоции. Они знают: "Зорко одно лишь сердце. Самого главного глазами не увидишь..."
========== Часть 1. На “Пассате”. Леди Джулия ==========
Шестые сутки «Пассат», парусный пароход компании «Доглан и Сын», при отличном попутном ветре и потому на полных парусах шел из Байгевиля в Лиссабон.
Погода стояла замечательная. На верхней палубе звучала лёгкая музыка, слышался женский смех, пассажиры прогуливались перед обедом, любуясь парусами и летящими над кораблём альбатросами. Двое свободных от вахты офицеров обсуждали достоинства и недостатки фланирующих по верхней палубе дам, задрав головы и прислонившись спинами к поручням неподалёку от штурманской рубки – дверь в неё по случаю жары была открыта настежь, за столом сутулилась над картами угрюмая фигура ирландца Ральфа Джексона. На него не обращали внимания, - нанятый на один рейс по случаю внезапного приступа аппендицита у штурмана Поттера, он был для них чем-то вроде исправно выдающего в нужный момент нужную навигационную информацию механизма, не более, чужеродное тело в их блистательной богемной среде. С особым пылом обсуждали некую молодую леди, из-за очереди составить компанию которой в обеденном салоне первого класса едва не дошли до дуэли вечно враждующие старпом и главный механик.
В разгар самых пикантных подробностей штурман сгрёб со стола свои бумаги и мрачно прошагал мимо них на корму в каюту второго навигатора-практиканта. Там же через несколько минут разыскал его посыльный от капитана.
На пороге Джексон пригладил свою непокорную курчавую шевелюру, постучал и, получив разрешение, вошел. Приглашение в капитанскую каюту было на «Пассате» событием исключительным, но лицо ирландца осталось и здесь невозмутимым. Он скользнул бесстрастным взглядом по богатой обстановке просторной каюты – бархат, позолота, мореный дуб – и всё свое внимание сконцентрировал исключительно на фигуре стоящего у распахнутого окна с дорогой сигарой в руке капитана.
Джеймс К. Паркер повернулся к вошедшему. Два столь разных человека несколько секунд смотрели в глаза друг другу… Изумительное чувство – первоначальной абсолютной чужеродности, внезапно стремительно переходящей в глубокое и сильное расположение – переживалось капитаном Паркером всякий раз, когда он встречался с Ральфом Джексоном.
Он вспомнил, как неделю назад, взмокший, в распахнутом пальто стоял перед столом Арчибальда Слоута, личного секретаря президента пароходной компании, в которой служил уже более тридцати лет, и с краткостью отчаяния излагал суть свалившейся на его голову проблемы: предложен великолепный фрахт, подписаны все документы, трюмы загружены, пассажирские билеты распроданы все до одного! – так нет, этому кретину Поттеру приспичило свалиться с аппендицитом именно за восемь часов до отплытия и именно в тот период, когда в Байгевиле нет ни одного приличного штурмана!..
Слоут, изящный молодой человек с бесцветной внешностью, но ослепительной улыбкой, поставив на стол локти и опершись подбородком на раскрытые лотосом ладони, выкатывал с необычайным интересом глаза и весь был сплошное внимание и участие.
В пылу негативных эмоций капитан Паркер совершенно проигнорировал, что у Слоута спиной к дверям уже сидела в это время какая-то мрачная личность в дождевике, по внешнему виду - промысловик или китобой, которого Слоут не счел нужным сразу представить, а потому Паркер и не счел нужным обращать на него внимание. Во время пламенной речи капитана личность, так ни разу и не обернувшаяся, сначала неподвижно слушала, а потом продолжила невозмутимо отхлебывать стоящий перед ней чай с лимоном.
Немного поостывший Паркер обратил на это внимание и – крайне изумился, потому что никогда невиданно и неслыханно было, чтобы хорошо знающий себе цену Слоут в служебное время разделял чаепитие с кем-либо ещё, кроме президента компании Сиднея Доглана, а затем Паркер рассердился, ибо до него внезапно дошло, что Слоут просто смеется над его проблемами, как над потешным курьезом!..
Заметив выражение обиды на лице моряка, Слоут всплеснул руками и веско воскликнул: «Дорогой мой капитан! Я всегда утверждал, что вы родились под счастливой звездой, ибо не встречал ещё подобного вам любимца фортуны! У вас выбыл из строя штурман? Судьба дарует вам штурмана, причем лучшего в этих краях и в данный момент совершенно свободного!»
Дождевик оторвался от чая и что-то буркнул, и Слоут мгновенно переключил на него всё свое внимание, начав с фразы: «Да! Пароход!! А какая тебе разница?!.» Словно согласие Паркера уже лежало у него в кармане и оставалось только уговорить этого неизвестно кого! Впрочем, ручательство Слоута само по себе уже много значило, авторитет его, несмотря на сравнительную молодость лет, был весьма высок как у моряков, так и у коммерсантов, и хотя по живости характера он обожал розыгрыши, но только не тогда, когда это касалось интересов компании.
