– Что за бред, – побледнел Пошта. Он представил себе сцену чудовищной резни. Узкие корабельные коридоры, лестницы, палубы. Полчищая разъяренных тварей, натасканных на убийство. Реки крови, оторванные конечности, стоны умирающих.
– Это еще не все. В Степи под Судаком. Двое ваших вырезали казачий разъезд. Подчистую. Но казаки смогли постоять за себя и убили парочку нападавших. Ими оказались листоноши. Конверт и Марка, так их звали. Тут уже не отвертитесь, при них были жетоны.
– Я их знал, – сказал Телеграф негромко. – Молодые хорошие ребята. Нафига им резать казаков?
– Вчера. Бахче-Сарай. Гарем хана Арслана Гирея Второго. Листоноши отравили его первую любимую жену и зарезали вторую. Яд был из Джанкоя.
– Безумие, – прошептала Бандеролька. – Какой яд? Мы же не ассасины, мы листоноши…
– И таких случаев за последние пару недель, – продолжал Воловик, глядя на листонош с ненавистью, – почти две дюжины. И все улики против вас!
– Теперь понятно отношение к нам в Феодосии, – прокомментировал Телеграф.
– Но зачем?! Зачем нам это надо? – почти завопил Пошта.
– Говорят, – сказал мичман Зиняк, – что листоноши задумали захватить власть над островом. Выдавить татар, казаков, пиратов и даже Союз Вольных Городов Крыма подчинить себе. Говорят, ваш глава клана Филателист бредит мировым господством. Ищет чудо-оружие, чтобы получить перевес в тотальной войне.
За спиной у Воловика что-то зашевелилось в траве. Что-то маленькое. И наверняка – умильное, с огромными глазищами и не менее огромными когтями.
Пушистики выбрались на улицу и заходили с тыла к матросами с «Адмирала Лазарева». У Пошты встали дыбом волосы на затылке. Достать пистолет? Пристрелят к чертовой матери. И так все на взводе, у Воловика глаза белые от ярости. Попытаться предупредить? Не поверят, сочтут военной хитростью. Дать мутантам расправиться с матросами?
Этого Пошта сделать не мог. Пусть они и считали листонош бездушными тварями, какие-то понятия о чести у Пошты останавливали его от этого поступка. Да, матросы хотят нас убить. Но не отдавать же их на растерзание мутантам.
Пока Пошта размышлял, Костя действовал. Проворный мальчишка кувырком выкатился из-под прицела мичмана Зиняка и пустил бумеранг по пологой дуге. Отточенный стальной бумеранг скосил высокие сорняки и, судя по визгу, парочку умильных голов.
– Берегись! – завопила Бандеролька.
Матросы обернулись и открыли огонь. Листоноши схватили отложенное оружие и присоединились.
Пушистики набегали со всех сторон – расплодилось их тут, в Генуэзской крепости, совершенно безумное количество. Объединившись перед общей угрозой, листоноши и моряки начали организованное наступление. Безумно жалко было тратить драгоценные патроны на мелких тварей, и доктор Стас решился пожертвовать самым дорогим – вытащив из-за пазухи флягу с прозрачной жидкостью («боцмановка», вспомнил Пошта название напитка, а потом, вспомнив его вкус и крепость, содрогнулся), плеснул самогону на заросли сорняка и бросил туда спичку.
Сухой тростник вспыхнул, няшмяши заверещали. Вскоре весь двор Генуэзской крепости заволокло дымом и пламенем, жар стоял адский.
Покрытые потом, кровью и копотью листоноши и моряки вырвались из ворот наружу и, тяжело дыша, рухнули от усталости на землю.
– Ну, – отдышавшись, сказал Пошта, – не придурок ли ты, мат рос Воловик? Стали бы мы вас предупреждать, будь мы такими сволочами, как ты думаешь? А?
Воловик не ответил, дыша тяжело и неровно.
– Нас подставляют! – сказал Пошта. – Хуже того: я подозреваю, что среди клана листонош завелся предатель! А вы и поверили, салаги… Нехорошая каша заваривается сейчас в Крыму, и кому-то очень выгодно, чтобы листонош возненавидели все действующие стороны. Это надо прекратить. Пресечь на корню. Пока не поздно.
– У нас вообще-то есть другая миссия, – напомнил Телеграф, набивая магазин дробовика патронами.
– Если мы не остановим волну клеветы и ненависти – не для кого будет выполнять эту миссию.
– Что вы предлагаете? – спросил Кайсанбек Аланович.
– Разделиться. На две группы. Одна продолжит искать бункеры, вторая – постарается разобраться, кто подставляет наш клан.
– Нас слишком мало, – подал голос Телеграф.
– Мы с вами, – сказал доктор Стас. – Я тебе верю, Пошта. Мне с самого начала вся эта фигня с листоношами-убийцами показалась странной. Что скажете, Воловик, Зиняк?
Матрос и мичман кивнули.
– Поможем, чем сможем…
– Тогда сделаем так. Телеграф, бери Бандерольку и доктора. Возьмете «Мародер» и поедете в Керчь. А мы, профессор, Костя, Воловик и Зиняк, пойдем через горы в Старый Крым. Там расположен штаб Союза Вольных Городов Крыма – начнем с них как самых вменяемых. Заручимся их доверием – постепенно разберемся с остальными обиженными. С татарами, казаками и прочими.
– Хороший план, – сказала Бандеролька. – Только есть одно «но». У нас почти нет бензина для «Мародера».
– Не беда, – махнул рукой Пошта. – Попросим Уткина. Поможет, выменяет на какое-нибудь свое изобретение. Зря мы, что ли, жизнями рисковали ради этих книжонок?
И объединенная команда двинулась обратно в Феодосию.
