— Вы ошибаетесь! Мы даже разговаривать нормально друг с другом не можем, — прошептала в отчаянии Моника.
— Я имею в виду другие средства общения, — хохотнул Стэн.
Положив ладони на затылок девушки, он слегка сжал большими пальцами ее шею, и Моника не могла скрыть вздоха наслаждения. Его пальцы легко скользили по коже, и от этого чудодейственного массажа она испытывала удивительный покой.
Соблазн оказаться в его объятиях был так велик, что Моника едва не застонала. Но Стэн не должен знать, с какой неистовой силой она жаждет его.
Боже! Какая нестерпимая мука — нечто вроде голода — продолжала ее терзать, когда взгляд девушки упал на чувственный изгиб его губ. Она была словно податливая глина в руках мужчины, из которой он может лепить что вздумается.
Его рука скользнула по ее спине, и Стэн прижал Монику к себе. И тут ей стало ясно: вожделение испытывает не только она, но и сам мучитель.
— Поражены? — спросил он, услышав ее изумленный возглас. — Я вовсе не скрываю, что хочу вас.
— Как и то, чем вызвано желание, — взвилась Моника, которая не могла избавиться от навязчивой мысли, что он хочет ее только потому, что ею увлечен Фил.
Стэн молча отошел к окну. Моника залюбовалась резко очерченным силуэтом на фоне фосфоресцирующей океанской глади.
— Так вы предпочитаете жалкое притворство Фила откровенному мужскому желанию? Я разочарован в вас, мисс.
— Сочувствую, что вам не далась еще одна победа.
— Как-нибудь переживу. Поймите одно: я не хочу, чтобы вы огорчили Джеральда в этом маленьком путешествии. Нам необходимо попасть за продовольствием в Брум. Дайте слово, что не улизнете, если я возьму вас с собой.
Моника еще ребенком усвоила, как обидно, когда взрослые нарушают обещания. Ей совсем не хотелось, чтобы и мальчик испытал подобное.
— Даю слово, — уступила она, в глубине души решив, что большего он от нее не добьется…
Наградой была бурная детская радость Джеральда, когда на следующее утро за завтраком отец сообщил ему о предстоящей поездке.
— Правда? Я действительно с тобой поеду? Так далеко?
— Ну да, я же сказал. Ты поможешь с разведкой местности для моего следующего фильма.
— Что такое разведка местности?
— Это значит, мы посмотрим, что там растет, какие звери обитают…
Джеральд удивленно взглянул на отца.
— Но ты и так все знаешь.
— Моника не знает.
Она с тревогой ожидала, как мальчик воспримет это известие. Джеральд улыбнулся еще шире.
— Так Моника тоже поедет? Вот здорово. Это будет самая потрясающая поездка. — Но вдруг его что-то смутило. — Вы поедете, чтобы меня нянчить?
— Тебе уже не нужны няньки, дорогой. Надеюсь, мы с тобой не соскучимся, пока твой отец будет занят делами.
Мальчик вновь стал усердно орудовать ложкой, с аппетитом уплетая овсянку.
— Конечно, нет! Правда, я и сам не так много видел, но, во всяком случае, знаю, как выглядит то опасное место на берегу, куда вылезают из воды крокодилы. Могу вам показать.
— Если только помнишь все, чему я тебя учил: как соблюдать осторожность, зная, что поблизости водятся крокодилы, — предупредил Стэн. — Ведь это ты обязан следить, чтобы не пострадала наша спутница, понял?
Моника перевела на Стэна недоуменный взгляд. Он сказал это таким заботливым тоном, как будто она и вправду для него что-то значила.
— Это слишком ответственно для маленького мальчика, — заметила Моника.
Младший Кэмп гордо выпрямился.
— Я вовсе не маленький. Если понадобится, могу схватиться с этими кровожадными кроками.
Девушка встретилась глазами со Стэном и увидела, что он прячет улыбку. На мгновение она заметила в Джеральде Кэмпа, когда тот был таким же мальчишкой, готовым сразиться с самим сатаной. Ох уж эти самонадеянные мужчины, по думала она, сделав укоряющую гримаску. И все же в этой безоглядной флибустьерской храбрости их обаяние. Во всяком случае, обаяние одного из них…
Они замечательная пара, вынуждена была согласиться Моника, разглядывая отца и сына, как счастливая женщина, любующаяся своим семейством. У Моники сладко заныло в груди. Так вот как надежно себя чувствуешь, когда у тебя есть муж и дети.
У них со Стэном получилась бы отличная семья, размечталась девушка. Нужен еще один, общий ребенок, чтобы напротив за столом не пустовало место. Дитя ее и Стэна. И обязательно — девочка…
— Пап, она не слушает. Смотри, о чем-то замечталась.
Моника словно пробудилась от глубокого сна.
— Ничего подобного, тебе показалось, фантазер!
Джеральд весело заверещал:
— Да, да, замечталась. По глазам видно!
— Хватит, Джеральд, — остановил его отец, но тоже со смешинкой в голосе. — О чем же вы мечтали, мисс? У вас было такое просветленное лицо! Не хотите ли с нами поделиться грезами?
Что бы он сказал, узнав ее тайные мысли? К счастью, отца перебил разыгравшийся Джеральд.
— Она воображала, как ее спасает от крокодила-людоеда один смелый охотник, похожий на тебя, пап.
Глаза Стэна задумчиво остановились на Монике.
— Неужели это так?
— Конечно. — Она звонко рассмеялась. — А у охотника был необыкновенно отважный сын, который вовремя поднял тревогу.
