"У нас на острове вроде бы безопасно. Но ведь она и на ту сторону переправиться. " - с тревогой думал Илья. Сейчас его занимала только Марьяна. Судьба исчезнувшей парочки как-то отошла на второй план. Докурив, он решил, что все-таки должен пойти следом. Поднявшись на небольшое возвышение перед речкой, Илья увидел переправу. Паром находился с их стороны, ниже по течению из воды торчала непонятно откуда взявшаяся коряга. Чуть левее Илья увидел странную сцену. Метрах в пятидесяти от него, болтаясь, словно тряпичная марионетка, по склону поднимался Николай. Сзади грозно нависала супруга и периодически придавала мужу ускорение крепкими словами и подзатыльниками.
- Зови мужиков! Эти придурки квадроцикл утопили, - опережая его вопрос, крикнула Марьяна. Повернувшись к переправе, Илья, наконец, понял, что за предмет торчит из воды. Уже убегая, он на ходу крикнул:
- Второй где?
Николай замычал, пытаясь что-то ответить, но, получив очередную затрещину, полетел на землю.
- Тут он, на песочке отдыхает! - сообщила Марьяна, добавив парочку непечатных выражений. Потом, схватив мужа за шиворот, снова стала переводить его в вертикальное положение.
Запыхавшись, Илья вбежал на холм. На дворе перед домом Надька организовала вечерние женские посиделки. Облокотившись на обеденный стол пухлыми локтями, она вещала что-то, наверное, очень занимательное и поучительное с женской точки зрения. Напротив, раскрыв рты, слушали ее рассказ сестры Клюкины - похожие как две капли воды благообразные тетушки постбальзаковского возраста. На другом конце стола Юлия, уставившись в экран ноутбука быстро стучала по клавишам. Рядом, как всегда погруженная в свои мысли, сидела Анастасия.
Не дав женщинам времени на вопросы, Илья забежал в дом. Большинство мужчин уже переехали в новое помещение, и здесь оставалась только бригада Станислава. Сам бригадир бренчал что-то на гитаре. В дальнем конце комнаты, уставившись в потолок, на спальном мешке лежал Сашка - огромный похожий на неотесанную глыбу мужик, от которого Илья за все время их знакомства не услышал и пары слов.
- Подъем! Ваши бойцы квадроцикл утопили - крикнул Илья, обращаясь в основном к бригадиру. Отбросив инструмент, Станислав резко вскочил и кинулся натягивать сапоги. Следом, с некоторым опозданием, начал подниматься Сашка . Не дожидаясь их, Илья бросил "Догоняйте!" и вышел из комнаты. Станислав нагнал его уже на склоне.
- На какой хрен ты их в район послал! - прохрипел он в ухо. Ускоряя шаг, Илья огрызнулся.
- А ты чего молчал! Твои люди .
Больше не обсуждая, кто виноват, они добежали до реки. Транспортное средство торчало из воды на небольшом удалении от берега. Закатав рукава, Сашка молча вошел в реку и схватился своими огромными ручищами за утопленное днище машины. Илья бросился помогать, по дороге зачерпнув полные сапоги воды. Ближе к берегу к ним присоединился Станислав.
Семена обнаружили неподалеку. Он спал на песчаном откосе речного склона, крепко вцепившись в авоську с какими- то пакетами.
- Командир, я тут продукты привез по твоему списку, - заявил он с пьяной невозмутимостью, когда его растолкали. Заглянув в авоську, Илья обнаружил там несколько пачек крупы и вкрадчиво поинтересовался:
- Это все?
- Остальное у Коляна. А чего ты хотел на полторы тысячи? - заявил Семен, уже с вызовом. Герою кинофильма в это момент полагалось бы наотмашь врезать по наглой пьяной физиономии. Илья чувствовал, что возможно так и надо поступить, но врожденный запрет оказался сильнее киношных стереотипов.
- Завтра на общем сознании поговорим - произнес он, стараясь успокоиться . Но это удавалось ему не лучшим образом. Сердце отчаянно колотилось от бессильного гнева. А в голове, обжигая сознание, вертелся извечный вопрос:
" Почему наглость и подлость почти всегда берут верх?!"
Ночью Илья почти не спал. Однако утром, несмотря на отвратительное физическое состояние, он был уже спокоен и сосредоточен. Собравшимся на завтрак он сообщил, что до приема пищи им надо обсудить один очень важный вопрос. Потом объявил собрание открытым и, стараясь придерживаться официальной бюрократической терминологии, коротко рассказал о проступке двух членов общины. Упомянул пункты устава, которые были нарушены, и потребовал изгнания этих людей.
В наступившей тишине, он смотрел на лица и чувствовал, что его призыв не находит поддержки.
"Проклятая извечная российская снисходительность к нарушителям порядка! А он сейчас воплощает начальство, которое традиционно не любят."
Оглядывая примолкших людей, Илья заявил, что если решение не будет принято, то он слагает с себя полномочия председателя.
- Вот напугал! - в пол голоса произнес кто-то из собравшихся. Кажется, это был Станислав, но точно Илья не был уверен. И тут же накатило испуганное ощущение, что он один против всех. Щеки предательски полыхнули румянцем.
