Это хозяйство занималось выращиванием и импортом из других стран различных сортов салатов. В основном, работа там заключалась в сортировке, обработке, упаковке и транспортировке зелени, поэтому, работники, склонные к однообразному конвейерному неквалифицированному труду всегда требовались.
Подвезти нас туда согласился некий Саша армянин, в прошлом работавший на той же ферме, но уволенный за сексуальные домогательства к сотрудницам. Сам он, с предъявленной причиной и фактом его увольнения категорически не соглашался, но и оспорить не мог. Находилось это в графстве Wiltshire, неподалёку от старого городка Salisbury. Дорога туда заняла около часа. Рулевой армянин оказался чрезвычайно разговорчивым товарищем, и в беседе с ним мы совсем нескучно преодолели это расстояние. За час совместной езды, я, не задавая не единого вопроса, узнал, что Саша — майор Советской Армии в отставке, и по окончанию службы остался со своей семьёй проживать в России. Машинку, приобретённую здесь по дешёвке, он эксплуатировал с российскими водительскими правами и, конечно же, без страховки на случай причинения кому-то материального ущерба или вреда здоровью. Его уже не раз останавливали и пытались объяснить ему действующие на острове правила эксплуатации транспорта. Но в ответ он предъявлял им советское водительское удостоверение и показывал цветное фото, на котором он красовался в парадном мундире, увешанном орденами и медалями. Как он заметил, предъявляемое фото — приложение к документам, безотказно меняло отношение к нему. В глазах британских полицейских, из глухонемого иммигранта нарушителя, он превращался в уважаемого советского офицера. И они снисходительно отпускали его, тщетно советуя ему, не игнорировать местные законы.
— Вежливый, но наивный и скучный народ, — квалифицировал англичан, умудрённый жизненным опытом советский офицер-армянин. — Но хорошей музыки, как ни странно, у этих педиков много! — справедливо отмечал он. — Я решил приехать сюда не только с целью подработать, как я сказал жене, но и по причине своей фанатичной любви к их рок музыке… — продолжал Саша-армянин.
— У них было много хорошей музыки, — оторвался я от созерцания зелёных лугов. — Теперь же, их рок окончательно мутировал в популярный коммерческий ширпотреб с голубой окраской… The Beatlеs сменили Spice Girls и им подобный поп хлам.
— Я и говорю о старой, не о современной музыке, — уточнил рокер-пенсионер, и по-шпионски скользнул по мне взглядом через зеркало заднего обзора.
Мне показалось, что он ожидает от меня продолжения разговора.
— Но при всей любви, сколько же можно радоваться музыке, которую начал слушать ещё в 60-е годы? Разве что, изредка, под настроение может возникнуть желание, снова прослушать что-то подзабытое, — вяло продолжил я.
— А о какой музыке ты говоришь, назови-ка мне кого-нибудь, — заинтересовался неожиданно возникшей темой разговора Саша.
— Ну, в настоящей, вялотекущей островной шизофренической ситуации, мне, вероятно, приятно было бы, иногда послушать некоторые вещи Led Zeppelin… Может быть, ещё…
Саша восторженно закряхтел, неловко повернул голову назад, и, разглядывая меня, стал притормаживать и выруливать к обочине. Мы подумали, что ему срочно захотелось отлить.
— Ну, ты удивил меня, парень! — возбуждённо обратился ко мне Саша, приглашая нас выйти на минутку из машины. — Ты знаешь, о чём я давал объявление в Лондонской газете?
— Какое объявление? О чём? — пытался я понять его странную реакцию.
— Любители музыки Джимми Пэйджа и Джимми Хендрикса, прошу откликнуться для общения. Армянин Саша. Номер мобильного телефона, — пересказал Саша содержание своего объявления.
— На каком языке ты объявлялся?
— На русском, разумеется. На каком ещё мне общаться? Правда, указав, что я армянин, я призывал к общению и армян, — пояснил Саша.
— И что же? Позвонил ли какой-нибудь армянин? — заинтересовался я.
— Конечно! Сразу же отозвалась армянка из Лондона, и я пригласил её к себе в гости в Саутхэмптон.
— О твоей музыке, она, вероятно, понятия не имела. Отреагировала лишь на армянина Сашу, — предположил я.
— Не угадал! Я и сам удивился, но она оказалась большой любительницей этой музыки.
— Редкое явление для женщин. И что же дальше? Встречались?
— Ещё и как! Договорились, когда она приедет ко мне… Я приготовил угощения. Встретил её и привёл в свою музыкальную берлогу.
— У тебя и какая-то проигрывающая аппаратура с акустикой имеется?
