— Идем, нам надо идти,- произнесла Белла стараясь не смотреть на размозженную голову Агаты.
— Сейчас, я оставлю письмо Леонардо. - ответил я доставая из внутреннего кармана куртки блокнот и простой карандаш. - Надеюсь тех остатков дружбы хватит на то чтобы он выполнил мою просьбу и похоронил Агату как полагается.
— Я бы на это не рассчитывала, он в тебя стрелял, причем явно с намерением убить,- взорвалась Белла,- Это я вытаскивала из твоей груди пулю в паре сантиметрах от сердца. Он обычный цепной пес инквизиции.
Не хотелось верить в слова Беллы, все же это первый друг в этом мире. Но он в первую очередь солдат и по приказу командования готов сделать что угодно. Быстро написав просьбу похоронить Агату по всем традициям ее деревни я подхватил наши вещи и направился вперед по тропе.
Как же неудачно все пошло. Я думал, мне удастся по тихому убраться из города вместе с Беллой, но как оказалось Леонардо предполагал такой исход и выставил хорошую охрану.
Звуковой транквилизатор позволил обойти тех охранников которых мы заметили, но как оказалось Леонардо их специально выставил на наиболее логичном месте, но еще троицу спрятал в самых непредсказуемых местах.
Вот она и подняла тревогу. Благодаря транквилизатору нам удалось уйти от инквизиторов. Но Леонардо взял все местное отделение береговой охраны под свое начало и отправился в погоню.
Дальнейшее больше напоминало загонную охоту на опасного зверя. Еще вчера солдаты береговой охраны готовы были выполнить любые мои приказы, а сегодня они уже горели желанием вцепиться мне зубами в шею.
Не знаю как, но Леонардо настроил против меня всех солдат в очень короткие сроки. В те разы когда они оказывались в пределах действия эмпатии показывали, что они ненавидели меня всей душой.
Изменилось все когда мы случайно вышли в угодья ВолкоБыка, местные может и знали об этом, но они были столь опьянены ненавистью, что не заметили этого. Результат был трагичным, смерть тридцати одного солдата прежде чем я смог вместе с Леонардо убить его.
Сам Леонардо также пострадал и лишился одного глаза и левой руки. Я как мог оказал ему первую помощь, а вместо благодарности получил пулю практически в упор. Белла хотела убить его, но я все же уговорил оставить его тут, да и подкрепление судя по звукам приближалось.
Отойдя на пару километров от места бойни Белла хирургическим пинцетом достала из моей груди пулю, а с дальнейшим справилась уже моя усиленная регенерация.
Ускорившись по максимуму мы за два часа добралась к горам у подножья которых была небольшая деревня пастухов. И вот там мы нашли себе проводника через горы, им оказалась Агата, шестнадцатилетняя дочь старосты деревни.
Она была веселой и жизнерадостной девушкой, мечтала о том как в следующем году отправиться на материк и поступит в высшую школу на лингвиста. Она мечтала разработать в будущем язык на котором бы говорили во всем мире.
И всем этим планам было не суждено сбыться, простое привычное явление в горах, просто упал камень и все, человека не стало. За те три часа которые мы провели вместе в пути она нашла подход ко мне своей искренностью. Агата была очень доброй и искренней девушкой, честно говоря я никогда таких людей не видел. И теперь, из-за меня она мертва.
Да-да, именно из-за меня. Не отправься она с нами в путь и она была бы жива, а теперь ей предстоит неизвестно сколько пролежать на горной тропе. Кто бы знал насколько хреново я себя чувствовал.
Я то думал, что привык к смертям, привык к тому, что мне лично приходится убивать людей. Но эта смерть словно перемкнула во мне что-то. Мне почему-то казалось, что из-за меня мир лишился чего-то прекрасного.
— Агата говорила, что возле Драконового дерева стоит подняться вверх по скале на десять метров, так мы сэкономим больше трех километров пути,- произнесла Белла когда мы подошли к большому дереву растущему возле обрыва.
— Я сейчас поднимусь и скину тебе веревку,- ответил я немногословно. Говорить после смерти Агаты мне особо не хотелось.
— Давай лучше я, ты высоты боишься,- предложила Белла, но я отмахнулся от ее слов и скинув оба рюкзака полез вверх по скале.
На поясе у меня была хорошая крепкая веревка рассчитанная на полторы тонны нагрузки и при этом она была по толщине в три раза тоньше мизинца. Все же синтетические волокна были крепче натуральных.
Стоила такая веревка не дешево, сорок долларов за погонный метр, но все равно использовалась в парусном спорет повсеместно. Малый объем и вес и огромная крепость.
Хоть я и не был скалолазом, но опыт некоторый у меня был на скалодромах. Правда тогда я поднимался со страховкой, но сейчас я был уже далеко не обычным человеком.
Используя пространственную ориентировку я заранее рассчитал куда мне надо поставить ногу или за что зацепиться рукой. Благодаря этому десять метров скалы я смог преодолеть всего за две минуты.
