— Марко, что теперь нам делать? — спросил меня Мигель, словно я теперь стал главным. Хотя это было действительно так, стоит мне открыть свою принадлежность к шестому отделу и я стану сразу на уровень старшего лейтенанта береговой охраны. Но они ведь этого не знают.
— Надо выставить охрану, там постройка Древних, причем не разрушенная, а целая, с активной системой безопасности. Надо сообщить в Шестой и Третий отдел, без них не справится, — ответил я, умолчав, что если это не сделать и об этом узнают все отправятся в допросную Третьего отдела.
— Санчес, Анхель. Вы до заката остаетесь на страже пролома, — произнес Мигель, — к закату мы пришлем к вам кого-то на смену. Никого не впускать, ничто не выпускать. В случае тревоги используйте красные ракетницы.
— Есть, — ответили оба солдата и встали с разных сторон от пролома словно королевские покои охраняют.
— Мигель, надо кого-то отправить в город, ту вообще есть телеграф с материком? Или кто-то из инквизиции может на острове есть?
— Только падре Франциск, но он хоть и из Третьего отдела, но с тех пор как ему исполнилось шестьдесят он никуда их храма не выходит. — ответил Мигель. — Телеграф есть, но связь с материком не сильно устойчивая, большие помехи.
— Все равно, надо обязательно связаться с ними. У них есть опыт работы с наследием Древних и они смогут все сделать безопасно. — добавил я по дороге к деревне, — Как Алонсо?
— Нормально, оказалось, что все лишь выглядело столь ужасно. Открытый перелом правой ноги в области голени, сломано левое запястье и сотрясение мозга с рассечением кожи на затылке. Ему очень повезло, я думал он погиб от удара.
— Значит пронесло, — от души отлегло сразу, а то ведь я уже начал себя накручивать по поводу того, что стал виновником смерти хорошего невиновного человека.
В деревне я первым делом посетил Алонсо который находился у старосты в доме. Мать старосты была кем-то вроде лекаря в деревне. Лет пятьдесят назад она даже работала в Столице Империи в госпитале, но потом влюбилась в военного и вынуждена была вместе с ним переехать сюда на остров.
В одной из стычек с аборигенами которые живут на окрестных островах муж у нее погиб, а она с двумя маленькими детьми решила все равно тут оставаться. Позднее ее сын стал старостой, а ее тут называл народ то ведьмой, то лекаркой, то посланницей черного культа, то посланницей Великого Пророка. Хотя, что еще можно ожидать от народа не умеющего даже читать и верящих во все возможных духов.
По идее падре Франциск должен бороться с этими суевериями, но насколько я понял он уже давно ничем кроме проведения еженедельных служб не занимается. Лекарка оказалась довольно опытной в плане физических травм, а потому быстро вправила кости правильно и наложила шины на руку и ногу.
После обработала все раны концентратом мази Изольдара и споила лейтенанту сонное зелье из местных растений. Так что поговорить с ним мне не удалось. Мигель тем временем отправил гонцов в город чтобы они сразу сообщили все начальству города и главное в первую очередь попробовали связаться с инквизицией на континенте.
На последнем пункте Мигель очень настаивал. Когда мы вечером собрались в доме в котором мы остановились я задал вопрос почему он так сильно напирал на необходимость в первую очередь связаться с Инквизицией.
Благодаря эмоциональному убеждению и эмпатии мне удалось его разговорить за бутылочкой портвейна местного производства. Оказалось, что он был не уверен, что его начальство в лице майора Палеса и бургомистра города в лице сеньора де Нейраду не захотят все скрыть чтобы самим нажиться на находке.
К середине второй бутылке я узнал многое о местной политической «кухне». Все оказалось как везде, местное начальство считало себя царьками и все находящееся на островах считало своим.
Под обещание никому не рассказывать Мигель рассказал о махинациях которые эта парочка проворачивает. Они уже пятый год умудряются жить на дотации из метрополии и это при том, что на острове уже больше тридцати лет добывают золото.
Они каждый год отправляют сообщения об уменьшающемся количестве золота на приисках, но лично сам Мигель слышал, что количество аборигенов работающих на приисках нелегально под прикрытием этой парочки лишь увеличивается.
Когда солнце уже полностью село мы решили расходится по кроватям которые нам выделили местные жители, но предварительно я при помощи убеждения сделал в сознании Мигеля прошедший разговор неважным, причем настолько, что не стоит его помнить. Я не хотел чтобы он завтра вспомнил о том, что поделился с чужаком огромным количеством информации от попадания которой в неправильные руки тут может многое неприятное произойти.
Использовав звуковой транквилизатор я понадежней усыпил всех обитателей в доме и выбрался на улицу. Оставлять все инквизиции мне не хотелось, а потому было необходимо самому поискать ценные вещи, да и выполнить локальное задание было бы неплохо.
