— Нет, — оборвала Александра резко, — это вы послушайте меня, мисс Гамильтон. — Она сделала шаг вперед. — Рорк никогда не забывал меня. Все, что вы видели: гнев, ярость — это всего лишь прикрытие тех чувств, которые он испытывает ко мне. — Усмешка расползлась по ее лицу. — Они проявляются в полной мере, стоит нам оказаться в одной постели, — сказала она, пристально глядя на Викторию. — Когда мы занимаемся с ним любовью, он такой страстный, что я…
— Вы отвратительны! — Голос Виктории задрожал. — И вы лжете! Рорк не любит вас.
Александра рассмеялась.
— Вы не должны забывать о своей роли здесь, дорогая Виктория. — Она сделала многозначительную паузу. — Вы всего лишь ничтожество, которое нашло способ проникнуть в жизнь одинокого и богатого мужчины.
— Это неправда. Мне наплевать на его деньги.
— И вы сыграли на его любви к Сюзанне. Он, конечно, был тронут. — Александра усмехнулась. — Но я-то для него куда важнее, как вы сами понимаете. Я его жена.
Виктория насмешливо смерила ее взглядом.
— Продолжайте, — сказала она спокойно. — Хочу услышать причину, почему вы все это говорите. Ведь какая-то причина должна быть.
Глаза Александры сузились.
— Разумеется. И я не склонна недооценивать вас. — Она улыбнулась. — Суть в том, что я устала колесить по миру. Это, должно быть, очень приятно — осесть в каком-нибудь уютном местечке.
— Что… что вы говорите?
Александра пожала плечами.
— Я так думаю. — Она медленно обошла роскошно обставленную комнату, слегка касаясь пальцами массивной мебели из красного дерева. — Возможно, я даже пробуду здесь несколько месяцев. — Она улыбнулась через плечо. — Может, мне это и понравится.
Виктория шагнула вперед.
— Понравится? Вам нравится то уходить, то снова входить в чью-то жизнь? — Она рассмеялась. — Забудьте об этом. Рорк не даст вам такой возможности.
— Я могу сделать все, что захочу. Я думала, вы уже поняли это.
— А я думаю, что вы переоцениваете свое обаяние, миссис Кемпбелл.
Александра рассмеялась.
— Возможно, — сказала она лукаво, — но только не свои материнские права. Я мать Сюзанны. И это дает мне особую власть. — Ее улыбка исчезла, а голос стал твердым как сталь. — Силу, которой вы едва ли сможете противостоять.
Виктория похолодела.
— Как вы можете так поступать? Ведь у вас нет никаких чувств к Рорку… к Сюзанне…
Глаза Александры холодно смотрели на нее.
— Я хочу, чтобы вы убрались из этого дома в течение часа. Я жена Рорка Кемпбелла…
— Нет. — Голос Виктории задрожал. — Вы не жена ему больше.
— …и мать Сюзанны. А вы просто обычная…
— Вы не мать Сюзанны.
Услышав это, Александра Кемпбелл на мгновение побледнела, но быстро пришла в себя.
— Мне жаль разочаровывать вас, моя дорогая, но развод не отменяет прав матери на своего ребенка.
Виктория шагнула к ней.
— Вы не мать Сюзанны. — Ее голос дрожал, как натянутая струна. — И никогда ею не были.
Собеседница пристально взглянула на нее. Она еще больше побледнела и вздрогнула.
— Что… что за чушь вы несете? — сказала она запинаясь.
— Это правда, и мы с вами знаем это. Сюзанна не ваш ребенок. Вы… вы купили ее.
Жена Кемпбелла отпрянула.
— Вы с ума сошли. Вы сумасшедшая! Я требую, чтобы вы сейчас же убрались из моего дома, мисс Гамильтон. Я не хочу, чтобы какая-то психопатка воспитывала мою…
Слезы подступили к глазам Виктории.
— Моя фамилия не Гамильтон, — медленно проговорила она. — Моя фамилия Винтерс. Виктория Винтерс… Я родила девочку четыре года назад шестнадцатого января в половине восьмого вечера в женской больнице в Чикаго.
Александра Кемпбелл побелела.
— Что?
— Мой доктор обещал устроить так, чтобы мой ребенок был бы кем-нибудь усыновлен. — Голос Виктории дрогнул. — Но он лгал. Он продал ее, продал вам. Вы купили мою дочь и таким образом сумели убедить Рорка принять вас обратно.
Красивое лицо Александры точно расплылось перед глазами Виктории.
— Как вы смогли… как вам удалось узнать это? — Александра явно была потрясена.
— Я наняла детектива. Я хотела просто увидеть своего ребенка — вот почему я приехала сюда.
— Вы ничего не сказали Рорку?
— Нет. Он ничего не знает… — Виктория замолчала.
Александра посмотрела на нее и, ни слова не говоря, подошла к стулу и села. Ее глаза сузились, когда она снова взглянула на Викторию. Потом она закинула ногу на ногу и слегка наклонилась вперед.
— Это ничего не меняет, — сказала она спокойно. — Я по-прежнему требую, чтобы вы покинули этот остров в течение часа.
Виктория кивнула.
— Хорошо, — сказала она устало. — Я уеду с острова Пантеры. Но только вместе с вами. Я не позволю портить жизнь Рорку и Сюзанне и дальше.
Женщина рассмеялась.
— Я должна повторить то, что уже сказала? Я остаюсь. — Она поднялась, и улыбка ее исчезла. — А вы ничего не сможете сделать, чтобы мне помешать.
Виктория вызывающе вздернула подбородок.
— Не смогу?
Александра усмехнулась.
— Да, не сможете. Или вы намерены прямо сейчас бежать к Рорку и рассказать ему эту нелепую историю, которую только что сочинили?
— Я намерена рассказать ему правду. И расскажу, если это понадобится для того, чтобы избавить его от ваших домогательств.
