Он — 3Д-дизайнер, она — инженер-ядерщик. Волею судьбы они вырваны из привычной, сытой и размеренной городской жизни и заброшены на необитаемый остров в открытой Ладоге с минимумом снаряжения и припасов. Задача — продержаться месяц. Казалось бы, плёвое дело для молодых, физически крепких, здоровых людей, выросших в деревне, ещё и в тёплое время года. Но очень быстро становится ясно, что остров совсем не так прост, как стараются показать организаторы…
Автор выражает благодарность:
Екатерине — за вдохновение.
Алёне — за первоначальный импульс.
Наталье — за мотивирующие пендали.
Евгении — за въедливость.
И всем прочим, кто надеялся, что из всего этого что-то выгорит.
Спасибо, друзья.
В тексте использованы стихи Дмитрия Наумова и Людмилы «Скади» Смеркович.
Художник — Татьяна Клявина.
Я открыл глаза и ничего не понял. Закрыл глаза. Открыл. Не помогло — я снова ничего не понял. Над головой плыли облака. Белые, кучерявые, самые обычные облака. По синему небу. И вроде бы ничего необычного, но был один нюанс: засыпал я в своей квартире, в своей кровати. Над которой, что характерно, никакого неба с облаками не было. Потолок был, серый, который я уже не первый год планировал покрасить, но до дела так и не дошло. А вот неба как-то не наблюдалось.
Кроме того, туловище активно сигнализировало, что лежит оно, туловище, на чём-то крайне твёрдом и не слишком ровном. Я не люблю мягкие перины и матрас у меня довольно жёсткий, но это явный перебор. Лежал я в не слишком удобной позе, и тело затекло. Однозначный вывод: это не моя кровать.
Прислушался. Окружающие звуки тоже мало походили на звуки городской квартиры. И если шум деревьев и крики чаек ещё вполне могли проникать через открытое окно, то шуму прибоя в Девяткино взяться просто неоткуда. Никаких «шумов моря для комфортного засыпания 10 часов» я не включал. Отсюда ещё один простой вывод: я не в своей квартире.
Прокрутил в голове события предыдущего вечера. Вроде ничего необычного, типовой понедельник, 25-е августа. Пришел с работы, принял душ, поужинал, почитал новости, посмотрел пару серий «Южного Парка» и лёг спать. Трезвый. Лекарств я сейчас никаких не принимаю, тем более влияющих на психику. Стало быть, навряд ли меня потянуло на приключения в состоянии изменённого сознания. Видимо, придётся разбираться с новой окружающей реальностью, какой бы она ни была.
Я с трудом сел, туловище затекло и слушалось плохо. Покрутил головой по сторонам, собирая визуальную информацию об окружающей обстановке. Обстановка мне, в целом, понравилась: я сидел на крохотной скалке, торчащей в центре небольшой поляны посреди леса. Северного, судя по всему. Вокруг стояли довольно высокие сосны, между стволами ютился куцый подлесок, кустарники и густые заросли черники. Классический карельский лес.
Судя по всему, сейчас раннее утро. Солнышко уже поднялось над горизонтом, но ещё не начало припекать, на траве лежала обильная роса, дальше всё терялось в лёгкой туманной дымке. Вполне нормальное утро для юга Карелии или севера Ленобласти в конце лета. Осень ещё только на подходе, но вполне обозначает своё присутствие. Ночами может быть совсем не жарко, но я, вроде, не замёрз особо, только малость зябко. И сыро.
Пора приступать к осмотру себя любимого. Снял очки, осмотрел. Явно мои, старые уже, зацарапанные в щи, но мои. Давно хотел поменять на что-то более приличное, но всё откладывал, а сейчас и вовсе не до того. Аккуратно ощупал лицо: вроде моё. И то ладно. Руки: явно мои. Хорошо, будем исходить из того, что я — это я и тело тоже моё, со всеми его достоинствами и недостатками. Придя к такому выводу, я принялся за осмотр обмундирования. Это слово к моему нынешнему костюму подходило как нельзя точно: я оказался одет в камуфляжную одежду полувоенно-туристического образца, защитного цвета. Добротные штаны из плотной ткани, с кучей карманов (пустых), явно водонепроницаемая куртка с глубоким капюшоном, тёплым подкладом и, опять же, кучей карманов (снова пустых), довольно толстый свитер с высоким воротом, вязаная же шапка. На поясе висел пенный коврик туристический, в просторечии — «поджопник». На ногах — высокие резиновые сапоги на толстой рифлёной подошве. Стянув один сапог, я подтвердил свою догадку: на ноге, помимо обычного носка, красовался ещё и шерстяной. Проверять бельё я не стал, и так было ясно: одевавшие меня подошли к своему делу со всей ответственностью и навряд ли накосячили в мелочах. И они явно не хотели, чтобы я тут замёрз.
Оглядевшись, я заметил рядом с собой небольшой туристический рюкзак. Естественно, тоже камуфляжный. Наверняка в нём есть что-то полезное, и я, не задумываясь, приступил к осмотру содержимого. Сверху лежало две фляги. В одной, побольше, где-то около литра, оказалась обычная вода. В другой, поменьше, где-то на пол-литра, оказался спирт, судя по лютому запаху — чистый. Уже неплохо. Походная аптечка: жгут, пара бинтов, вата, нашатырь, йод, перекись, упаковки таблеток с надписями «жаропонижающее», «обезболивающее», «от диареи», набор шприцов-тюбиков с какими-то сыворотками и антидотами. Довольно подробная инструкция, что со всем этим добром делать. Похоже, закинувшие меня сюда деятели не желали, чтобы я сдох от поноса. И на том спасибо.
