Россия действительно вляпалась в глобализацию. Что в том больше для нее — пользы или вреда, судить предстоит потомкам, т. к. пока мы в самом начале процесса. Но вот кризис 2008–2009 гг. уже показал, что Россия оказалась не защищенной от последствий спекулятивных афер в США, приведших к ипотечному кризису, а затем и глобальному. Ощутила она на себе и кредитный кризис, поразивший европейские банки, в которые из США проникли, как сказал лорд Маллок-Браун, «плохие активы», включая те самые «деривативы», которые расползлись по мировой банковской системе, благодаря глобализации, как метастазы по ослабленному организму. В Москве, конечно, тоже искали средства защиты от глобальных последствий кризисов, вроде бы не имеющих изначально к России никакого отношения. Накануне саммита «Большой двадцатки» (G-20) в Лондоне президент Медведев направил его участникам свои предложения. Речь в них в основном шла о подготовке международных конвенций, необходимых для создания новой конфигурации мировой системы валютного регулирования и системы более строгого контроля за деятельностью мировых банков. По сути, президент РФ предложил мировым лидерам совместно поработать над новой Бреттон-Вудской системой (БВС), хотя теперь уже и условно Бреттон-Вудской (Bretton Woods system). При тотальной неопределенности по части того, куда заведет нас мировой экономический кризис, никто не ждал, конечно, что страны «двадцатки» откажутся от БВС. Напомним, что эта система валютного регулирования была создана на основе соглашения, подписанного представителями 44 стран на валютно-финансовой конференции ООН, состоявшейся в 1944 г. в Бреттон-Вудсе, штат Нью-Хэмпшир (США). За прошедшие 65 лет она претерпела немало изменений, равно как и созданные тогда же в качестве ее основных институтов Международный валютный фонд (МВФ; англ. International Monetary Fund) и Международный банк реконструкции и развития (МБРР; англ. International Bank for Reconuction and Development) — основное кредитное учреждение групп Всемирного банка, широко известное как Мировой банк. БВС была создана в переходный этап от золотодевизного стандарта к свободной конвертации на основе спроса и предложения. Доллар США стал тогда сильнейшей мировой валютой, наряду с золотом. По новым правилам мировой торговли вводилась фиксация курсов национальных валют путем увязки их с золотом и долларом США, которым были приданы функции международных валютных резервов (золотовалютный стандарт). Допускалась лишь минимальная дивергенция (отклонение) курсов национальных валют от их долларового паритета или золотого содержания. Уставом МВФ была установлена официальная цена золота: 35 долларов США за одну тройскую унцию. Уже тогда у многих возникали сомнения, способны ли США поддерживать такой паритет. Золотых запасов США в Форт-Ноксе явно не хватало для обеспечения золотом продукции денежного станка американского казначейства. Одним из первых против этого восстал президент Франции Шарль де Голль. В 1965 г. он направил в США целый самолет, набитый бумажными долларами с требованием немедленно выдать Франции их золотой эквивалент. США это требование выполнили, но то был единственный случай. После этого вскоре наступил кризис системы фиксированных курсов, и началась эрозия Бреттон-Вудской системы. Новые принципы валютного регулирования были согласованы в 1976 г. (Ямайская валютная система). Доллар остался ключевой валютой в международных расчетах. Но на Ямайке было решено перейти к системе плавающих курсов национальных валют, отойти от золотого паритета, но сохранить за золотом роль валютного резерва. МВФ отменил и официальную цену золота. Усиливалась роль МВФ в регулировании мировой валютной системы и эмитируемой им международной денежной единицы — специальных прав заимствования (СДР). К 1993 г. завершился переход большинства развитых стран от фиксированных к плавающим курсам валют.
