– Ну, не так уж там плохо. И потом, поговаривают о джентрификации[4]. Не успеешь оглянуться, будет престижный район. Но я все равно там не задержусь. Завтра днем смотрю дом, и, судя по видеотуру, он идеальный. Хороший двор, новая кухня…
– Ты ведь не готовишь.
– Неважно. Большая спальня и так далее. Если удастся немного сбить цену, я смогу себе это позволить, не беря взяток. – Рид поднялся с камней. – Пойдем со мной завтра, сам посмотришь.
– Завтра мне нужно заехать к бабушке с дедушкой. Обещал. А в понедельник в Нью-Йорк – выбирать жилье.
– Ну, тогда поехали, прикончим твою упаковку.
Рид проспал до полудня, потом, ради гостя, приготовил кофе и омлет. И попрощался с Чазом, пообещав приехать на выходные в Нью-Йорк, как только тот устроится.
Он принимал душ чуть теплой водой – видимо, водонагреватель в доме снова сдох – и думал, как хорошо было провести время с Чазом. И поговорить о вещах, о которых Чаз раньше избегал говорить.
Рид одевался в спальне, глядя на стену, которую использовал как импровизированную доску для заметок. Он прикрепил на нее фотографии каждого из выживших в перестрелке в «Даун-Ист», тех, кто потом погиб, с обозначением вида смерти над каждой группой: «несчастный случай», «естественные причины», «убийство», «самоубийство». Еще там были карты с обозначением места, где находился каждый из них в момент смерти, с указанием имени, даты и времени.
Он перепроверил их всех, отметил травмы, полученные в вечер 22 июля 2005 года.
«Слишком много. Слишком много».
Конечно, Эсси права, говоря о разнообразии оружия и методов убийств, но он чувствовал, что здесь есть закономерность. Просто еще не проявившаяся.
Он собрал протоколы вскрытия, показания свидетелей, копии бесед полиции с ближайшими родственниками, статьи и заметки за десяток лет, вплоть до спецвыпуска шоу Макмаллен.
Рид удивился, увидев там сестру Хобарта. Патрисия Хобарт, бледная, с запавшими глазами, выглядела старше своих двадцати шести лет. Хотя, если учесть, что ее брат убил десятки людей, мать под действием алкоголя и наркотиков взорвала свой дом – как говорилось в отчете следователя по поджогам, – а отец сел за руль пьяным и погиб, убив при этом женщину и ребенка, то раннее старение не так уж удивительно.
«Она не плакала», – вспомнил Рид, глядя на ее фотографию на стене. Зато горбит плечи, скрещивает пальцы, дергает себя за одежду. Невзрачный костюм, старушечьи туфли. Живет с бабушкой, которая передвигается с ходунками после перелома бедра, и дедушкой, который перенес два инсульта.
Бабушка и дедушка по отцовской линии – весьма состоятельные – лишили наследства своего придурковатого сына, у которого в доме было столько оружия, что трое идиотов-подростков смогли вооружиться и убить девяносто трех человек.
Выходя из квартиры, Рид достал телефон и позвонил Эсси – позвонил, потому что сообщение она могла не заметить.
– Еду смотреть дом мечты, договорился о встрече с Рене, моим риелтером. Поехали со мной, оценишь. Бери всю свою банду.
– Ох, сегодня так жарко и лениво…
– Тем лучше! Затем пойдем в парк, собака и малыш побегают. И я угощу вас всех пиццей, чтобы отметить покупку. Я правда думаю, что нашел свой идеал.
– Ты ровно так же отзывался о том чудном викторианском доме три месяца назад.
– Мне понравился чудной викторианец, но когда мы в него вошли, мне показалось, что в нем плохая атмосфера.
– Да, да, не те вибрации… У тебя нездоровое пристрастие к осмотру домов, Рид.
Поскольку это вполне могло быть правдой, он уклонился от ответа.
– Пошли, будет весело. От тебя всего-то в паре кварталах.
– Больше полумили.
– Хорошая воскресная прогулка! А потом парк и пицца. И даже бутылочка вина.
– Это нечестно.
Рид засмеялся.
– Пошли. Кто же меня отговорит, если дом плох?.. Чертов водонагреватель опять сломался. Мне пора выбираться из этой квартиры.
По ее долгому вздоху он понял, что победил.
– Во сколько вы встречаетесь?
– В два. Я уже в пути.
– Пак и Дилан не откажутся побегать в парке. А мы с Хэнком не откажемся от вина. Но сначала мне нужно всех собрать. Не принимай решения, пока мы не приедем.
– Конечно. Спасибо. До встречи.
Он оглянулся на свой дом. Какой-то юный граффитист добавил несколько свежих надписей с грамматическими ошибками. Явный знак, что пора переезжать.
С другой стороны, неподалеку открылась приличная кофейня, а кто-то купил соседнее здание и собирается делать там шикарный ремонт.
Джентрификация вполне может случиться.
И все равно это лишь еще одна причина покинуть район. Он был бы рад увидеть окрестности нарядными и ухоженными, но не хотел прожить здесь всю свою жизнь.
За рулем Рид представлял, как поставит гриль на своей новой задней веранде. Он умеет готовить на гриле… ну, немного. А со временем научится готовить что-нибудь, кроме яичницы, жареного сыра и бутербродов с беконом. Может быть.
