– Ты что, с неба свалился, мальчик? – удивилась старушка. – Разве ты не знаешь, о чем напоминает это дерево? Неужто неизвестно тебе, что шестнадцать лет тому назад вон на той ветке преждевременно оборвалась жизнь подающего надежды левого полузащитника знаменитой футбольной команды Триеста? Он не мог пережить, что пропустил мяч, пущенный левым нападающим команды города Удине…
Даже после разъяснения старушки смысл церемонии под платаном остался скрытым для Франтика, но по крайней мере теперь он знал, что толпа собралась не для проводов короля на кладбище, а на футбольный матч. Парни, только что соскочившие с автобуса, были не кто иные, как члены футбольной команды спортивного клуба Триеста.
Франтик колебался, не расспросить ли подробнее добрую старушку, и вдруг в ужасе вздрогнул. Тетушкиного чемодана под платаном не было. Он мелькал в руке какого-то мужчины со встрепанными волосами, который уносил его все дальше и дальше.
Все объяснилось очень просто. Сойдя с автобуса, игроки спортивного клуба Триеста поставили свои чемоданы на тротуар рядом с тетушкиным чемоданом. И сейчас же на чемоданы футболистов набросились «болельщики», жаждущие собственноручно доставить их на стадион. Франтик быстро сообразил, что ему следует делать. Не медля ни секунды, он кинулся вдогонку за чемоданом.
Скоро он затерялся в толпе, которая по мере приближения к стадиону все более походила на бурную полноводную реку.
Франтик и сам толком не знал, как попал на стадион. Во всяком случае, он ни на шаг не отставал от «болельщиков», тащивших в раздевалку чемоданы своих любимых футболистов. Однако в святая святых Франтику войти не позволили. После упорной, но тщетной борьбы он оказался на торжественно украшенных трибунах, окружавших огромное, покрытое песком поле. На трибунах шумела и волновалась многотысячная толпа.
Несомненно, состязание, до начала которого оставалось, по всей видимости, недолго ждать, имело для истории футбола важное значение. Битком набитые трибуны для почетных гостей, море знамен всех цветов и размеров, возбужденные лица зрителей – все свидетельствовало об этом. От напряженного ожидания стадион бурлил, словно котел с кипятком.
Все это нисколько не удивляло Франтика. Ведь он родился в стране, где издавна любили игру в мяч, где всегда увлекались футболом. Поразила его только одна необычная подробность. Трибуны огромного, похожего на эллипс стадиона были разделены на две части железной решеткой. Хотя Франтик стоял от нее всего в нескольких шагах, назначение этого технического сооружения оставалось для него неясным. Прежде чем ему удалось разрешить загадку, с поля стадиона донеслись разноголосые звуки музыки, заглушаемые громом рукоплесканий.
На арену с двух противоположных сторон вышли два оркестра, следом за ними выбежали обе команды. Музыканты и игроки двух команд выстроились на поле друг против друга. Обе команды дружно и громко приветствовали зрителей. Оркестры сыграли туш. И опять Франтик удивился: каждый оркестр играл сам по себе.
Но не похоже было, чтобы публика осталась этим недовольна. Наоборот. Она в восторге осыпала оба оркестра дождем прекрасных спелых апельсинов и других южных плодов, выражая свою благодарность за доставленное наслаждение. Дыня, попавшая по нечаянности в зев геликона, закупорила трубу, и небесные звуки неожиданно оборвались. Очевидно, другой оркестр не захотел воспользоваться своим преимуществом, музыкальные инструменты обоих оркестров замолкли, и музыканты с важным видом удалились с поля.
В ту же минуту затрубили фанфары, и на трибуне почетных гостей появился мужчина, увешанный множеством медалей. Стадион, над которым раскинулось голубое небо с белыми прозрачными облачками, сразу притих, и из установленных по углам поля репродукторов полилась речь, исполненная благородства и достоинства: