– Да врач скорой всего лишь… – смутился Глеб, не в силах оторвать глаз от египтянки, – но служил в армии. Так что кое-что еще помню. – Он почесал затылок. – Слушай, я думаю, тебе следует поговорить с парнем. По-моему, он чертовски напуган, несмотря на внешнюю браваду.
– Ты мужчина, вот и поговори с ним по-вашему.
– Это не я убил кучу народа пару часов назад.
– Ах, да! Ладно, пойдем на кухню. Расскажу вам сказку. – Кайя улыбнулась, коснувшись его плеча, и пошла вниз по коридору. Силов проводил ее взглядом.
– …Только сказки мне и не хватает, – прошептал он, качая головой. Проходя мимо гостиной, она остановилась. Там напротив стены с оружием стоял Иван. Египтянка подошла к нему.
– Мне кажется, или ты хочешь мне что-то сказать? – спросила она. – Признаться, ты меня пугаешь, – не поворачивая головы, ответил студент, сдунув со лба упавшую челку.
– Вань, мне жаль, что тебе сегодня пришлось увидеть столько смертей, но ты должен понимать одно – никто из них не хотел, чтобы мы жили. Те люди шли нас убивать.
– Легко убивать людей? Не тяжело в них стрелять?
– Честно? Тяжело. – Кайя кивнула, проводя пальцами по рукояти кинжала в позолоченных ножнах. – Они постоянно прячутся, отстреливаются, пытаются притвориться мертвыми. – Ваня хмыкнул. – Я не знаю, в каких традициях тебя воспитывали, что в твоей семье первично, что вторично. Не все чужие жизни ценны для меня.
– …Мой батя частенько повторяет, что только в семье ты в безопасности. Остальные, говорит, враги. Всё время жалеет, что она у нас маленькая, – облизнув пересохшие губы, тихо сказал Громов.
– Мой дядя такого же мнения, – улыбнулась египтянка. – Знай, моей вины в том, что мне пришлось воспользоваться моими навыками, нет. И их нет. Так сложилось.
– Хех, не хватает только добавить, что на всё воля Аллаха… – криво улыбнулся студент.
– Я не мусульманка, но, – она кивнула на окно, – наступает ночь, и Аллах засыпает. Так что в темное время суток мы сами за себя отвечаем и сами решаем. Как минимум до утра.
– Скажи, это всё настоящее боевое оружие? Или просто сувениры? – резко сменил тему Иван.
– Настоящее.
– А вот это что? – он указал на серповидные клинки, занимавшие главное место в этой экспозиции. – Выглядят устрашающе. – Иван одним пальцем коснулся резных ножен.
– Это хопеши. Главное оружие моего рода с древних времен.
– Насколько древних?
– До Рождества Христова. Или тебе больше конкретики надо?
– Они твои?
– Именно эти – нет.
Громов медленно двигался вдоль стены. Теперь его внимание привлекло красное полотно, на котором золотыми египетскими иероглифами были вышиты явно чьи-то имена.
– Это часть семейного древа, золотой его ветви за последние двести лет, – предвосхитив вопрос, сказала Кайя.
– Смотрится потрясающе. Будто ткань кровью пропитана.
Фэро хмыкнула, опустив глаза.
– Твоя реакция подтверждает мою догадку? – Иван удивленно посмотрел на нее.
– Ладно, пойдем ужинать, Шерлок. Нам есть о чем поговорить.
В оформлении кухни тоже присутствовала египетская тема, но с многочисленными элементами барокко. Здесь были резные фасады, колонны с фигурами богов и богинь в нишах, крылатые сфинксы, удерживающие массивный каменный остров в центре. Рядом с ним стояли высокие деревянные барные стулья с кожаной обивкой. На спинках был вырезан все тот же лик Маат. Над островом свисала хрустальная люстра в дворцовом стиле. Кайя достала из холодильника какое-то стеклянное блюдо и отправила его в микроволновку. Затем включила конфорку под кастрюлей на плите и, налив в чайник воды, поставила его кипятиться. На острове стояла огромная ваза с фруктами. Оторвав гроздь винограда, Фэро села на стул и пододвинула к себе лежавший рядом ноутбук.
– Я включу телевизор? – попросил разрешения Глеб. Женщина кивнула, не поднимая глаз. – Может, про наш квест что расскажут. – Силов взял пульт и нажал на кнопку.
– А теперь позвонить-то можно? – спросил Громов.
– Кому?
– Родителям, например. Другу. Девушке, в конце концов. Они все волноваться будут.
– Твои родители только вчера в отпуск уехали, – съев еще одну виноградину, ответила Кайя. – И судя по последней с ними переписке, следующий сеанс связи состоится только через три дня.
– Ого! Я под колпаком? Прав был старина Сноуден! Что еще там про меня написано? – он спрыгнул со стула, подошел к Кайе и заглянул в экран. – Ну да… на арабском… класс. – Он присмотрелся. – О! А я помню эту фотку! Что еще обо мне пишут? Я классный?
– Возможно, о твоей классности напишут позже, – снисходительно улыбнулась Фэро.
Спустя пять минут все трое уже ужинали. В новостях не рассказали ничего нового. В криминальных сводках упомянули происшествие в торговом центре, подав это как бандитскую разборку. Иван и Глеб на некоторое время забылись и с удовольствием уплетали довольно странное и необычное на вкус блюдо.
– Что это за суп такой? – спросил Силов, отламывая кусок от свежей хлебной лепешки и зачерпывая еще полную ложку вкуснятины.
– Просто суп из чечевицы с луком. Так готовят у меня дома, – ответила Кайя. – А это кабачки с помидорами и рисом. Видимо, вы просто не пробовали египетских специй.
