Остров Укенор полностью

Когда Инанис ушёл, Тео хотел было снова забраться в кресло у камина. Но поддаваться этому искушению не следовало: нужно было успеть собрать вещи. Иногда и камням приходится отправляться в путь.

(написано на жёлтых стикерах, которыми обклеен погасший монитор компьютера)

Я только жду, когда это закончится.

Не знаю, могу ли я просить о чуде. Я в этом не уверен. Значит, скорее всего, нет.

У каждого из нас тоже был отец. И это отличное оправдание. Бесконечная лестница виновных во всём (рисунок лестницы).

Унимо, привет! Скоро наступит осень и мы опять поедем на горное озеро.

Я не сошёл с ума, нет, спросите у Грави. Впрочем, своё безумие всегда кажется не таким безумным. До того момента, пока тебе не принесут зеркало. И ещё одно. Если смотреть на своё отражение в зеркальном коридоре (точнее, в зеркальном тупике), верили мы в детстве, в нём появится чёрт. Тогда я не знал, что это правда.

Теперь-то я его хорошо вижу.

Звук видеокассеты в магнитофоне.

Астиан обошёл весь дом. Зашёл в комнату Унимо, взял в руки игрушку-совёнка с глазами-пуговицами, поставил на стол. Вышел, запер комнату на ключ. Быстро спустился по лестнице, постоял у окна.

Титры: «Он видел, как Скрим вышел из калитки сада. Знал, что в сумке секретаря лежит письмо „Любимому сыну“. Он словно нажимал кнопку „отправить“. У неторопливых времён был свой интерфэйс. С окном в сад и уходящим за угол столичной улочки вестником».

Астиан прошёлся по комнате два раза. Недовольно посмотрел в камеру. Прошёлся ещё раз. Задёрнул шторы. Вышел, закрыл дверь на ключ, ключ положил в тайник под окном справа от двери. Сошёл с крыльца и отправился в сторону Ратуши.

Светило солнце. От крыш Тар-Кахола поднимались облака.

Титры: «Такие, какие часто бывают весной: словно их можно потрогать, будто они только сейчас прыгнули с земли на небо и стояли там недоумённо и легко, нетерпеливо подпрыгивая на одной ножке, как дети, ожидающие своей очереди в игре в классики».

Астиан добрался до площади Всех Дорог и устроился на скамейке под раскидистым дубом. Почки ещё не распустились, по веткам прыгали хорошо различимые серые птички.

Титры: «Этот дуб помнил, наверное, Котрила Лийора, который мерил своими торопливыми шагами площадь по дороге во дворец и обратно. Огромный дуб без листьев выглядел почти прозрачным, невесомым. Зелёные птенцы листвы уже пробовали свои силы: ещё немного — и вырвутся на свободу, но пока можно было запрокинуть голову и смотреть на парящий над мостовой Собор Защитника. Астиан вдохнул мятно-зеленичный воздух, улыбнулся… Но эту улыбку Трикс точно не одобрил бы».

Ум-Тенебри вскочил и зашагал в сторону площади Рыцарей Защитника. Свернул в «Кофейную соню». Быстро выпил свой «мне как обычно» и вышел.

Титры: «Привычная бархатная горечь немного успокоила его. До первого перекрёстка. Астиану вдруг показалось, что солнце светит слишком ярко».

Астиан закрыл глаза и прислонился к стене. И вздрогнул, когда услышал:

— Вам плохо?

Титры: «Какой неприятный высокий голос. Как будто его булавками прикрепляют к вискам. Защитник уже и забыл, что бывают другие люди. Что он разрешил им быть. Как всегда, в самый неподходящий момент».

Ум-Тенебри открыл глаза улыбнулся доброй девушке, которая смотрела испуганно и крепко прижимала к груди книгу.