– Ты прав, малыш. Я пригрел змею. Но зачем тебе повторять мои ошибки? Для чего нам эта юная волчица?
– Может статься, и понадобится, – сказал Диего. – Я хочу, чтоб она осталась. Вы можете об этом распорядиться. Брат, вам интересно узнать, что замыслили Кастильяно?
Родриго смотрел на младшего брата с возрастающим изумлением. Откуда мальчишка набрался таких слов и главное – такой дерзости. К чему идальго бродячая цыганка?
– Неужели вас беспокоит этот пустяк, а не то, что Кастильяно взял верх над Вальдоро? – поддел Диего.
– Иди сюда, – решительно приказал брат.
Диего спустился еще на одну ступеньку, в любую секунду готовый петухом взлететь вверх.
– Иди, не трону. Рассказывай.
– Хатита останется? – спросил мальчик.
– Да. Черт с ней. Рассказывай же.
Не колеблясь больше, мальчик сел рядом с братом и доверительно шепнул:
– Они направляются на свидание с евреем. Беатрис считает, что он скрывает какую-то тайну.
– Мэри?!
Англичанка обернулась и, сдавленно охнув, прикрыла рот ладонью. Здоровый крестьянский загар смыла мучнистая бледность.
– Святый Господи, – прыгающими губами прошептала девушка и быстро перекрестилась.
Но видение не исчезло. Хуже – призрак шагнул к ней и улыбнулся:
– Ну, наконец-то! Я долго искала тебя, Мэри.
Это было уже чересчур. Охваченная суеверным ужасом Мэри Мод отступила, развернулась и бросилась бежать по траве, сквозь колючие кусты, к платану, где на узкой полосе прибрежного песка темнела шлюпка «Сан-Фелипе».
– Да стой же ты, сумасшедшая. Стой, кому говорят!
Гневный окрик призрака подстегнул Мэри, и она рванула вперед с прытью оленя, уходящего от собак.
– Да остановись же ты, несчастная, – крепкая рука вцепилась в широкий рукав ее платья, Мэри вскрикнула и, поджав ноги, мешком свалилась в траву, зажмуривая глаза.
– Так-то лучше, – сказал призрак. – Ну, шальная, что взбрело тебе в голову? Отвечай, да поскорее.
Услышав в голосе призрака гнев и нетерпение, Мэри вовсе потеряла голову и торопливо забормотала:
– Свят, свят, свят. Сгинь в свою преисподнюю! Видно, померла хозяйка без покаяния, вот и нет ей покоя. Но я-то тут при чем? Сама она виновата. Сидела бы дома, шила платье к свадьбе, ничего бы и не было. Оставь меня, сгинь!
– Да что с тобой? – рассердилась Ирис. – Я жива. Открой глаза, идиотка, и потрогай, если не веришь.
Мэри замолчала. Чуть приоткрыла испуганные карие глаза. Рука несмело потянулась к Ирис, но вдруг остановилась и резко дернулась назад.
– Ну! – подстегнул хозяйский голос.
Мэри несмело дотронулась до протянутой руки призрака и, ощутив живое человеческое тепло, шумно выдохнула:
– Хозяйка. Жива. Вот уж не думала, – и, спохватившись, быстро добавила: – слава тебе, Господи!
Она быстро села, поджав ноги, и испытующе уставилась на воскресшую хозяйку. Ирис улыбнулась ей мягкой, чуть ироничной улыбкой. Взгляд серых глаз, такой знакомый и надежный, успокоил Мэри скорее, чем прикосновение. Она была здесь. Живая и, судя по всему, невредимая. Значит, судьба смилостивилась над ними. И молодой граф Эльсвик… Хозяйка так изобретательна. Она непременно придумает, как его спасти. «Слава тебе, Господи!» – подумала Мэри и с облегчением улыбнулась.
Нельзя сказать, чтобы Бог совсем обделил Мэри мужеством, но это было своеобразное мужество – мужество отчаяния. Оно бралось неизвестно откуда и исчезало неизвестно куда. Эти два месяца были для нее адом, и Мэри с огромной радостью подумала, что теперь войну с испанцами возьмет на себя мисс Нортон.
– Что означает эта улыбка? – спросила хозяйка.
– Я рада, – просто ответила Мэри.
– А Джордж Эльсвик? Он жив?
Доли секунды долг боролся с ревностью и одержал быструю победу. Мэри кивнула.
– Он тоже здесь?
– Нет, госпожа. Милорд граф на другом корабле. Он называется «Долорес» и идет следом за нами, но «Сан-Фелипе» здорово отклонился от курса и, боюсь, что эти корабли не скоро встретятся.
– Шторм, – понимающе кивнула Ирис. – Но если ты пленница, как же они тебя отпустили? Хотя, куда здесь деваться, на острове.
– Шторм здесь не при чем, а я сейчас вроде как не пленница, – выпалила Мэри.
– «Вроде как»? Что это значит? Кто командует кораблем? Дон Родриго де Вальдоро?
– Не-ет, – Мэри мотнула головой и невольно улыбнулась. – Он сейчас тоже вроде как не хозяин.
Ирис удивленно уставилась на Мэри, пытаясь сообразить, что та имеет в виду.
– Ну-ка, расскажи все подробно, – велела она. – Я вижу, дела у вас серьезные и, да простит мне Бог, кажется, веселые?