В городе Челубеевске творятся неслыханные дела. На отдел вневедомственной охраны совершено нападение; убиты четыре милиционера и женщина-служащая, похищены автоматы и боеприпасы. Из этих автоматов позже расстреливают группу азербайджанских предпринимателей. Расследование приводит сыщиков в экстремальную школу для настоящих мужчин «Вальгалла». Есть подозрение, что курсантов жестко кодируют, готовя для совершения дерзких преступлений. Сотрудник ФСБ, внедренный в «Вальгаллу», бесследно исчезает. И тогда в школу направляется старший лейтенант спецназа ГРУ Станислав Ратилов. Его задача узнать, что творится в «Вальгалле», и не раскрыть себя. И постараться выжить…
Длинный гостиничный коридор был устлан затертой ковровой дорожкой, которая глушила шаги большого сильного человека в камуфлированной одежде и «краповом» берете. Человек прошел от лифта в другой конец здания, глянул на затейливый номер «333», выведенный на инкрустированной двери люксовых апартаментов, оглянулся и только после этого постучал.
– Войдите, – раздался из-за двери высокий мужской голос. – Открыто.
Человек в «краповом» берете вошел, плотно прикрыл за собой дверь и в три широких шага преодолел небольшой коридор. В гостиничном номере было, кажется, три комнаты. В просторном холле работал кондиционер.
Из двери слева вышел высокий сухощавый человек в халате.
– Извините, я только что душ принял, не успел переодеться. Весь день по области ездил, слегка задержался. Дороги, сами понимаете, российские, я уже отвык от таких. К счастью, не сам за рулем был. Сам бы всю подвеску в машине разбил.
Человек в «краповом» берете сдержанно кивнул. Дождался, когда хозяин сядет сам, и сел в кресло рядом с журнальным столиком. Но и сидя не снял берет.
– Выпить я вам не предлагаю, поскольку возвращаться вы будете с большими деньгами.
– Я не пью. Даже без денег, – просто и грубовато ответил гость. – А если и пью, то только хорошую самогонку. Она качественнее самой дорогой водки, которую кавказцы в ближайшем подвале разливают. Хотя бы есть гарантия не отравиться. А все магазинное… паленка.
– Это Россия со своими принципами.
– Только не надо мне говорить про иностранную водку. Пробовал – дрянь. Я в командировке во Франции был. Там вино, как газировка. А если что покрепче – хуже дагестанского «самопала». А уж про закуску я не говорю. Все без вкуса и запаха. У вас в Англии не был, но, думаю, не намного лучше. Но давайте о делах…
– Хорошо. С вашим помощником мы все обговорили. Вы в курсе дел, так я понимаю?
– Иначе я сюда не пришел бы. Мне обо всем доложили.
– И прекрасно, что пришли, потому что с помощником найти общий язык было, признаюсь, трудно. Он не умеет понимать намеков. Желает, чтобы ему все разложили по полочкам. Тяжелый человек.
– Да, с ним бывает трудно. Особенно когда упрется. Но он со своим авторитетом мне необходим именно для нашего дела.
– Мы с вами еще в первую встречу обговорили все тонкости. Потому с вашим помощником я сильно не откровенничал.
– Я так и понял. Задачи остаются прежними и вполне выполнимыми. Главное, чтобы оплата поступала вовремя. Наличными. Безналичными только самый минимум. Счета я открою в ближайшее время. В разных банках.
– Да, конечно, как и договаривались. Официальный договор мы с вами подписывать не будем, чтобы не афишировать участия в деле контрагента из-за границы. Но расписку в получении денег вам необходимо будет написать.
– Я напишу. Проблемы в этом не вижу.
– А когда сможете начать работать?
– Я только что вернулся с Северного Кавказа, из Чечни. Неделька мне понадобится на восстановление нервной системы. Одновременно займусь своими делами. Мне до пенсии немного осталось. Хочется службы поспокойнее. Я ухожу из ОМОНа, должность мне уже подобрали. Честно говоря, я еще и не успел узнать какую. Но без полугодовых командировок на Северный Кавказ. И одно это уже радует. Не по возрасту мне это. Однако оформление тоже нервы потреплет. После этого, ровно через неделю, я займусь оформлением документации по школе. Мы, кстати, нашли хорошее название – школа «Вальгалла». Знаете, что это такое?
– Смутно.
– В скандинавском эпосе – потусторонний мир для воинов, погибших с мечом в руках. Своего рода Доска почета, на которую попадают только достойные.
– И долго продлится оформление?
– Не думаю, что долго. У меня есть на примете хорошие юристы, которые сумеют быстро и правильно все оформить. Они знают, кому нужно заплатить, чтобы обойти препоны.
– Как только будут готовы документы, я попрошу переслать нам по электронной почте копии. Электронный адрес у вашего помощника есть.
– Да. Он и перешлет. Он с компьютером лучше меня обращается.
Хозяин номера вышел в соседнюю комнату и принес дипломат, который раскрыл на журнальном столике.
– Считайте…
– Чайку, Сереня, еще сваргань-ка… – Дежурный по райотделу краснолицый майор Сколотов вытер платком вспотевшую красную лысину и глянул на помощника дежурного старшего сержанта Петрухина.
Сергей вздохнул и взял чайник, чтобы сходить за водой в туалет, поскольку в дежурке, располагавшейся у входной двери, своего водопроводного крана не имелось, но в этот момент зазвонил телефон. Майор потянулся за трубкой, а Петрухин остановился, предполагая, что после звонка дежурный может его еще куда-то послать.
Дежурить со Сколотовым не любил никто из сотрудников райотдела как раз из-за привычки майора пить неимоверное количество чая. Причем майор всерьез и надолго обижался, если помощник не хотел разделить с ним компанию. И потому помощники предпочитали пить чай, а не водку, зная, что майор Сколотов в приятельских отношениях с начальником райотдела полковником Россомахиным и может, если ему что-то не понравится, пожаловаться своему приятелю.
