Часть детишек была направлена на обучение и морскому делу:
Алексей Орлов желал расширить школьный эксперимент и придать ему больший размах. Поэтому повелел перевезти «гречат» в Пизу, где специально для нужд гимназии приобрел дом. Сам Орлов, несмотря на занятость и путешествия, не выпускал из поля зрения своих юных подопечных. Финальную точку в истории обучения гречат поставил Кючук-Кайнарджийский мир, заключенный с турками в июле 1774 года. После пяти лет существования губернии Россия покидала Архипелаг, взамен приобретая Приазовье, Крым и прочие преференции.
Русские ушли из Архипелага и увезли новых российских граждан – греков, албанцев и словенцев, воевавших на стороне русских и не пожелавших оставаться под турками. Все они получили в России широкие привилегии и земли. Именно в тот момент в Санкт-Петербурге и на наших южных рубежах появилась большая греческая диаспора, чьи потомки по сей день живут среди нас.
По моей просьбе заместитель мэра Димитрис Лианос познакомил нас с местным краеведом-историком. Тот знал некоторые подробности жизни губернии. Но о гимназии и месте ее расположения не слышал и не читал ничего, хотя в осведомленности ему было трудно отказать. Например, он рассказал о весне 1775 года, когда русские почти полностью конфисковали съестные припасы. На острове начался голод, мгновенно отразившийся на популяции моллюсков.
Я видел упоминания об этом событии в документах. Жители островов, принявшие российское подданство, с освобождением от османов продолжали платить налоги. Прежде чем ввести налоги, русская администрация выяснила, сколько налогов платили греки при прежних хозяевах, и установила относительно небольшой тариф – примерно 25 процентов от прежних податей. Как я говорил ранее, налоги собирались чаще всего не деньгами, а самым необходимым для существования губернии – быками, овцами, деревом для ремонта кораблей, дровами, пшеном и винными ягодами. Но даже сильно усеченные налоги русские собирали с большим трудом. По этому поводу время от времени происходили конфликты.
Наксос в этом смысле не был исключением. К моменту ухода русских из Архипелага (первые корабли начали уходить еще в 1774 году) надо было пополнить корабельные запасы. Большей части кораблей предстояло вернуться в Россию тем же длинным путем вокруг Европы. Меньшая их часть отправилась в Черное море и далее в Крым. Последние корабли ушли от Пароса в мае 1775 года. Припасы были пополнены за счет ближайшего должника – Наксоса. Наши морячки, видимо, не сильно церемонясь, выгребли все, что нашли. И это привело к голоду, о котором некоторые греки помнят даже сейчас.
Мой рассказ о просветительском эксперименте Орлова смягчил сердца моих новых греческих друзей. Они, углубившись в документы, сумели определить, где именно «грецкие» отроки в конце XVIII века постигали «навигацкие науки». Гимназия располагалась в здании монастыря, основанном еще в XI веке и стоящем в двух шагах от порта. Здание сохранилось в очень достойном состоянии. Службы проводятся там довольно редко, только по значимым религиозным праздникам, монастырь практически всегда закрыт. Нам удалось получить ключи от обители и попасть внутрь.
