Бледно-желтый от зноя песок. Яшмово-зеленые, с белокипенной оторочкой, шипучие волны. Прыгающие на волнах головы в оранжевых, розовых, фиолетовых чепцах. Приглушенные волнами солнце и смех.
Вода освежала, не хотелось выходить из воды. Диди говорила себе:
"Нет, только выкупаемся - и сейчас же вернемся домой.. "
Но волны уносили все дальше. Набегали, подхватывали, крутили, и так хорошо не бороться, не думать, покоряться.
Над водой видна была только голова О'Келли - безобразная, усмехающаяся голова мопса. Выкрикивал что-то плохо слышное в шуме волн:
- ...всю ночь... хорошо?
Диди - слышала она или нет? - кивала головой.
Когда после купанья вошли в кафе пообедать - О'Келли за одним из столиков увидал миссис Дьюли и с ней футбольную, глубокомысленную голову Мак-Интоша. О'Келли подбежал к ним:
- Вы? Какими судьбами вы - здесь? Я так рад, миссис Дьюли, что вы обызвестились еще не совсем...
- Обызвестилась?
- Да, я только что, вот, рассказывал... своей даме. Через несколько лет любопытный путешественник найдет в Англии обызвествленных неподвижных людей, известняк в форме деревьев, собак, облаков. Если не случится до тех пор землетрясения или чего-нибудь такого...
Пенсне миссис Дьюли холодно блестело. Она с усмешкой поглядывала на какой-то странный сверточек с ручкой: сверточком О'Келли оживленно размахивал.
- Это и есть, мистер О'Келли, ваш знаменитый надувной чемодан?
О'Келли немного смутился - на четверть секунды.
- О, вы знаете: хороший охотник без ружья не выйдет. Просто по привычке... Так вы в пять часов? Я надеюсь, в поезде встретимся, если не опоздаю.
- Буду очень рада.- Стекла миссис Дьюли сверкали
Неаккуратность О'Келли хорошо известна: к пятичасовому О'Келли, конечно, опоздал.
12. РОЖДЕНИЕ КЕМБЛА
Сразу спала жара, стоял молочный, мокрый туман. Особенно слышно было ночью: о подоконник мокали неумолчно отчетливые капли, как часы, отбивали кем-то положенный срок.
И когда этот срок настал - а случилось это как раз в день рождения Кембла,- было получено письмо в узком холодновато-голубом конверте. Письмо было без подписи.
"Милостивый Государь, будучи Вашими друзьями, мы не можем не осведомить Вас, что известные Вам мистер К. и миссис Д. дурно пользуются Вашим доверием, в чем Вы будете иметь случай достоверно убедиться".
Голубоватый узкий конвертик был чем-то знакомый, и подумавши - Кембл вспомнил. Все это было очень просто и ясно: чистейшая выдумка, Кембл уверен был непреложно.
И все-таки - шел в контору, и было как-то нехорошо: будто выпил чашку чаю и увидел на дне муху, муху выкинул, но все-таки... А может быть - это просто от тумана: душный, как вата, и закутанные странно звучат шаги - как будто кто-то неотступно идет сзади.
В конторе О'Келли встретил Кембла шумно и радостно - был еще шумней и пестрей, чем всегда. Оказалось, О'Келли не забыл, что сегодня - день не простой, а день рождения Кембла, и готовил Кемблу какой-то подарок, а какой - обнаружится вечером. И затем Сесили - с улыбкой пасхального барашка, поднесла Кемблу букет белых лилий. Кембл прямо растрогался.
А когда вернулся домой, его ждал еще один подарок: Диди сама - сама! предложила пойти по магазинам и начать т е покупки. И Кемблова муха без следа исчезла.
- Утюг. - засиял Кембл.- Нет, сначала утюг, а уже потом.
- Утюг - тяжелый, надо под конец, чтобы не таскать его все время,резонно возражала Диди.
Но Кембл настоял на своем, купили утюг, и Кембл радостно его таскал, и вовсе не было тяжело легонький, как перышко, честное слово.
Зажигались огни, густел туман. Это был день рождения Кембла настоящего рождения, начиналась новая жизнь. И новый был Джесмонд в тумане невиданный, незнакомый город. Необычно и весело звучали шаги - будто кто-то неотвязно ступал, сторожил сзади.
И еще непременно хотел Кембл купить белья для Диди. Диди отнекивалась, но Кембл и слышать не хотел нынче - день его рождения.
- Для вашей жены?
- Нет... То есть.. - Кембл смущенно улыбался приказчику.
Прозрачные, шелковые - тело через них должно нежно розоветь - сорочки и панталоны. Было радостно-стыдно перевертывать и разглядывать все это вместо с нею, с Диди. С каждой купленной вещью Диди все больше становилась его женой.
Уши у Кембла горели, и он заметил: Диди прятала лицо. Кембл засмеялся.
- Ну же, Диди, будьте же храброй: посмотрите на меня... - хотелось видеть и у ней тот же сладкий стыд. Но Диди лица так и не показала.
Вечером заявился О'Келли с массой свертков и в сопровождении мисс Сесили.
- ...Чтобы было как в ноевом ковчеге,- объяснил О'Келли. Повернулся к камину - и всплеснул руками: на камине, рядом с мопсом Джонни - красовался сверкающий утюг.- Рядом с Джонни? - с укором посмотрел он на Диди.
Потом обернулся к Кемблу:
- Итак, решено: "я твой навеки" - не правда ли, Кембл? Что касается меня, то я просто глуп: никогда не мог понять, как можно одну и ту же любить каждый день - как можно одну и ту же книгу читать каждый день? В конце концов - это должно сделать малограмотным...
