«С-сделай нас-с ещ-щё с-сильнее, — шипит якул уже в моей голове. — А я пока тут немного пос-сплю».
Умаялся, бедный. Заставишь тебя силой работать, как же.
— Так, Глебушек! — тыкаю в бок избыточно счастливо пялящегося на банку с папоротником товарища. — Раз нас пока никто не беспокоит, давай-ка здесь порядок наведём. И ходу отсюда, пока ещё какая-нибудь сколопендра в гости не приползла.
Поломанный хлам бросаем на месте — не тащить же его с собой. Глеб подбирает несколько пустых снарядов и засовывает их в сумку. А с пусковой установкой вообще не расстаётся.
— Нанимателю покажем — глядишь ещё премию под это дело выбьем! — поражает он меня в очередной раз своей рациональностью. — Он всякими диковинами интересуется. Контейнер для папоротника Вадим Денисович сам мне выдал.
— Это заказчик твой? — уточняю у светящегося как начищенный пятак Глеба. — Ты просто раньше этого имени не называл.
— Он самый, — кивает Скороходов. — Сорокин Вадим Денисович, московский купец и известный в узких кругах собиратель древних редкостей.
— А почему в узких? — уточняю подозрительно.
— Чтоб знали только те, кому надо, — усмехается напарник. — А кому не надо — не знали. Он ещё и технические разработки финансирует, особенно если они связаны с Изнанкой.
— Да он прямо фанат, — киваю без особого энтузиазма.
А в глазах Глеба вспыхивает искреннее восхищение:
— «Зная тайны прошлого, можно творить истинные шедевры в настоящем» — так он говорил.
О, ещё один фанат в мою копилку. Мало мне было их в прошлой жизни.
Ладно. Пусть этот Сорокин хоть ночные вазы собирает — лишь бы платил исправно.
Окидываю взглядом поле битвы за папоротник в последний раз. Вроде ничего важного тут больше не осталось.
— Давай уже выдвигаться назад к порталу, — возвращаю ностальгирующего напарника на грешную землю. — Если из прохода ничего не течёт, значит, вода спала и путь свободен.
«Кс-стати, — вдруг оживает Яков. — Там в крабьем панцс-сире для тебя подарощ-щек».
Неприязненно зыркаю на раскуроченные останки бывшего противника.
Да игральный кубик тебе за шиворот! Я ж образно про просовывание руки говорил…
Перебарывая отвращение, шарю внутри пахнущей тиной туши. И натыкаюсь на крупный твёрдый кристалл, который с трудом охватываю пятернёй.
Не веря ощущениям, вытаскиваю зажатую в руке находку наружу.
И правда, макр! Здоровенный, под стать бывшему хозяину. Сквозь заляпывающие его ошмётки крабьих внутренностей пробивается лёгкое фиолетовое свечение.
— Как думаешь, Глеб, — спрашиваю у нервно сглотнувшего напарника, — тысяч на пятьдесят такой камушек потянет?..
***
Обратная дорога до портала получается удивительно спокойной. Особенно радует, что монстры, попавшие сюда сквозь пробой, в ущелье не задержались.
А может, это краб их сожрал. Кто знает, на что способна подобная тварюга.
Потому единственным препятствием на пути оказывается спуск с крутого склона на дно ущелья.
— Тебе помочь? — спрашиваю напарника, призывая «Зубастую жилу».
— Вот ещё, — ехидно ухмыляется Глеб. — Сам справлюсь!
И тут же проваливается в раскрывшийся под ногами портал. Чтобы через секунду выпасть из такого же, но уже в полутора метрах над дном ущелья.
«Сокращение пути» он использует всю дорогу, никак не наиграется. И правильно: хорошо тренированный навык может в нужный момент и от смерти спасти.
Впрочем, маны он жрёт, по его же словам, прорву. Так что в явном мире так часто прыгать не выйдет. А здесь резерв восстанавливается быстро, вот и выпендривается.
Впрочем, мне самому тоже грех жаловаться.
Ещё вчера меня хотели обнести какие-то головорезы в собственном доме. А сегодня я бы их ещё на подходе к поместью засёк. И высек бы прямо там, в профилактических целях.
Нечего мою семью беспокоить.
Семья. Друзья. Как непривычно и странно после долгих лет одиночества.
Служение Шаоси — не в счёт. Когда я называл богиню Азарта сучкой, ни грамма не преувеличивал.
Глеб, насвистывая весёлый мотивчик, постоянно вырывается вперёд, хотя тащит на себе тяжёлую трубу пусковой установки.
Мельком разбираю пару слов про «огромный набалдашник на волшебном посохе». И вдруг понимаю, что вместе с напарником искренне радуюсь удачному исходу нашего приключения.
И даже не против его повторить.
— В Подольск вернёмся — первым делом спать завалимся в ту же таверну, — мечтает на ходу Скороходов. — Там кроме охотников почти никто не останавливается, должны комнаты свободные быть.
Хорошо, что благодаря этому в прошлый раз там нашлось место для двух милых дам, не любящих сквозняки.
— Да я нисколько не против, — потягиваюсь изо всех сил, разминая умаявшиеся за день мышцы. — А заказчик твой где ждёт?
— В Москве, конечно, — бросает на меня недоумённый взгляд Глеб. — Чего ему в Подольске-то делать?
— Логично. Добираться как будем? — уточняю сразу. — Путь-то не самый близкий.
Напарник хихикает:
— Ну да, пешком далековато. С утра конный экипаж возьмём — часа за три доедем. С учётом движения по городу, разумеется.
Хоть кто-то из нас двоих хорошо в окрестностях ориентируется. Ничего, я тоже наверстаю как-нибудь.
