— Ха… Сейчас посмотрим! — он перехватил обе её руки за спиной, дёрнул Грейнджер в сторону и, перевернув одним движением, положил ее животом на столик, где стояли цветочные горшки. И связал её ноги и руки заклинанием Ирканцеро.
Теперь Гермиона не видела своего мучителя и была в настоящем плену. Она почувствовала, как его ладонь нахально прошлась по бедру, забралась под юбку и погладила её ягодицы.
— Малфой, ты же не серьёзно? — испуганно воскликнула она. — Я больше не буду драться! Хочешь, сама отдам тебе свои трусики…
— Грейнджер, ты не представляешь насколько все серьёзно… Твои трусики… Ох, сегодня они у тебя красные? Сегодня день Гриффиндора. Ну, извини, что я пришёл не в свой день. — Он зацепил пальцами резинку её нижнего белья и начал медленно стягивать вниз.
— Малфой, пожалуйста… — Гермиона облизнула губы. — Не делай того, о чем потом пожалеешь!
— Да, я пожалею… Но мы же никому об этом не расскажем? — ласково промурлыкал он.
Она задергалась и закричала:
— Малфой, я убью тебя, идиот! Придурок! Негодяй!
— Фу… Плохо, плохая гриффиндорка! — слизеринец оголил её ягодицы и погладил, причмокивая губами. — Ммм, попка у тебя ничего так, сочная… Помню, помню, уже видел…
Гермиона неожиданно поняла, что это её заводит. Его рука нежно оглаживала её ягодицы. Драко вдруг громко сглотнул. И резко ударил её ладонью наотмаш по нежной коже. Не больно, но ощутимо. Гермиона выдохнула и выгнулась.
— Малфой, я прошу тебя не занимайся ерундой… Пожалуйста… — сквозь зубы прошипела девушка.
— Ты ещё недостаточно наказана… — Он сжал её попку рукой, она услышала, как он прерывисто выдохнул и его пальцы неожиданно спустились ниже и задели чувствительную нежную кожу между ног. В глазах взорвались искры, в голове туман, она еле слышно застонала:
— Малфой, я ненавижу тебя…
— Это замечательно… Просто чудесно… Это местечко было моим несколько часов… Теперь я знаю, как надо… Как довести заучку до ручки… — Он снова сунул ей руку туда, где загорались пожары, скользя пальцами по влажным складочкам. — Какая мокрая… Чёрт, Грейнджер, ты такая мокрая… Охренеть… Я помню, какая ты чувствительная… На себе испытал…
— Я… убью… Тебя… Мммалфой… Ах… Убери… Руку… Ах… Я… Ненавижу тебя… Ах… Мерлин!
— Ещё… Давай, заучка, покажи мне, как ты умеешь… — Он совсем стянул с нее трусики и наклонил на стол ниже. — Ммм, какой вид… Потрясающе… Я знаю, как тебе хорошо…
Гермиона сгорала от стыда и возбуждения. Он мог воспользоваться ею сейчас и смешать с грязью, но он всего лишь гладил её и смотрел. А она пыталась сдержать стоны, закусывая губы и уткнувшись носом в стол.
— Давай, громче… — его жаркое дыхание над ухом и он прикусил мочку, облизнул языком… — Ну давай же, давай, Грейнджер… Стони громче… Ты грязная, грязная гриффиндорка…
Она послушно застонала громче, чувствуя себя такой развратной и при этом открытой для него. И вдруг его прохладные ладони огладили её бедра и она замерла от странного ощущения, от чего-то влажного и бархатистого скользнувшего между её ног. Ещё и ещё. Она громко застонала, когда наконец догадалась что это. Язык!
Язык аристократа, который гнобит ее с первого класса! Который поливает грязью и называет уродиной! Его чистокровный умелый язык вылизывает её. И он кажется ещё и постанывает от удовольствия.
— Ах! Проклятье! Драко, ты псих… Я не хочу… — она даже не заметила, как назвала его по имени.
— Кому ты врешь, хочешь… Ммм, вкусная… — причмокивал он, а у Гермионы уже подкашивались ноги от неведомых ей до этого дня ощущений.
Он поднялся, прижался к её спине. Его пальцы продолжили ласкать её между ног. Драко прямо в одежде начал тереться о её зад своим возбужденным достоинством, это совершенно и бесповоротно снесло её крышу. Она забыла, что они сейчас в теплице и кто они такие друг другу, что этому типу вообще нельзя доверять. Она почувствовала, что её сейчас накроет и выгнулась назад, вторая его ладонь крепко обхватила её за грудь. Горячие губы парня нашли её рот, когда он склонился к её лицу, а пальцы все быстрее и ощутимее ласкали её разгоряченную плоть…
— Мм… Ах… — от неожиданного влажного поцелуя слова и мысли улетели прочь, пружина между ног раскрутилась и взорвалась наслаждением по всему телу. Гермиона задохнулась под горячим напором его губ, и откинулась ему на плечо, пылая румянцем.
Малфой дёрнулся, отпустил её губы и полузадушенно простонал ей в ухо. Он уткнулся в её волосы, хватая воздух ртом и все ещё держал её, обхватив за талию. Когда она пришла в себя, он отпустил ее, отменив заклинание. Почистил свои брюки магией и оперся боком о шкаф, скрестив руки на груди.
— Грейнджер… Красиво кончаешь… — проговорил он медленно, растягивая слова, его лицо порозовело и он облизывал губы, ему нещадно хотелось пить.
— Уйди от меня… Ненавижу! — выдохнула девушка, упершись руками о стол, стараясь не смотреть на нахала, который только что доставил ей неожиданное удовольствие.
Она одернула юбку.
— Обращайся… — Малфой разглядывал её стройные ноги, бродя по ним взглядом снизу вверх.
