На лыжной базе, запрятанной посреди леса, людям становится страшно. Привычные очертания реального мира превращаются в наполненный болью лабиринт. Шестеро человек оказываются в ловушке, осмыслить которую им не под силу, а лес по ту сторону оконных стёкол становится источником надвигающейся опасности…
Лыжник
Воздух вырывался изо рта белыми облачками, мышцы, приятно нагруженные, не ощущали внешнего холода и упруго толкали его тело вперёд, солнце, ещё недавно только поднявшееся начинало бледно проглядывать сквозь частокол древесных стволов. Давид глубоко вдохнул и сильно толкнулся двумя руками сразу – впереди его ждал спуск.
Была особая прелесть в утреннем лесу, освобождённом от людской суеты. После десяти можно было и не надеяться получить удовольствие от лыжной прогулки. После десяти вся база уже полнится народом, и на лыжне не протолкнуться. Тренированные, стремительные спортсмены пролетают мимо, покрикивая на всех остальных; неуклюжие дети, впервые надевшие лыжи, неизменно падают прямо под ноги и портят набитую лыжню; женщины в годах умеренно прогуливаются стайками, занимая собой всю ширину трассы. Да, от такого вавилонского столпотворения трудно получить удовольствие, поэтому Давид и предпочитает вставать в пять часов утра, чтобы успеть насладиться тишиной и одиночеством лыжной прогулки.
Ему уже за пятьдесят, возраст постепенно начинает сказываться на его самочувствии, ему приходится быть более осмотрительным в вопросах собственного здоровья, однако субботние лыжные прогулки остаются неизменными. Давид не претендует на мировые рекорды, его не хватит на пятидесятикилометровую гонку, но его руки и ноги по-прежнему прекрасно справляются с привычной нагрузкой и не сбиваются с правильного ритма. Нога вперёд – рука назад, нога назад – рука вперёд…
Все действия выполняются автоматически. Как на конвейерной ленте, Давиду нет надобности задумываться над координацией, поэтому его голова выключена из процесса управления телом. Его голова абсолютно свободна от каких-либо мыслей, и он позволяет им спокойно порхать внутри его черепной коробки.
На очередной развилке он останавливается. Несмотря на то, что одет он очень легко для конца февраля, ему жарко. Разогретые мышцы не ощущают окружающего холода, промокшее от пота термобельё прилипло к его влажному телу, шапка сползает на глаза, от чего её постоянно приходится поправлять. Высвободив одну руку из тимляка, он снимает перчатку и проводит ладонью по своему лицу. Его ресницы покрыты инеем, и со стороны Давид скорее всего напоминает какого-нибудь отважного покорителя Северных земель.
Он с силой выдыхает из себя воздух и наблюдает за поднимающимся белым облаком. Хорошо! Давид совершенно не чувствует усталости, хотя прекрасно представляет, что завтра некоторые его мышцы будут слегка побаливать. Однако в этом нет ничего страшного – его тело не утратило способность адекватно воспринимать физическую нагрузку. Прогулки по заснеженному утреннему лесу являются предметом его неотъемлемой гордости.
Постояв ещё немного и полюбовавшись игрой падающих снежинок, Давид надевает перчатку и начинает движение в сторону указателя с отметкой «10 км». Сегодня он чувствует себя превосходно и вне всяких сомнений направляется в сторону большого круга. Лыжную палку он прилаживает уже на ходу – сказывается многолетний опыт.
Дорожка перед ним петляет, Давид умело переносит вес с одной ноги на другую. Накануне вечером он правильно подготовил свои лыжи, выбрал нужную мазь, идеально подходящую под погоду, и в данный момент практически не работает руками. Накатанная лыжня и смазанные лыжи делают всё сами за него. Он слегка приседает, поднимает палки и в таком положении добирается до начала спуска.
Подъезжая к склону, он начинает немного оттормаживать – в большинстве случаев на крутых спусках нет лыжни, отчего ноги могут неконтролируемо разъехаться в разные стороны, что почти всегда приводит к очень неприятным последствиям. Для него падение чревато серьёзными повреждениями, поэтому он никогда не начинает спуска, заранее не убедившись в наличии лыжни. На этот раз опасения оказываются излишними, вон она, колея лыжни, тянется вдоль правого края склона, Давид чуть корректирует собственный курс и без проблем входит в направляющие. Теперь его ноги зафиксированы, остаётся только следить за положением тела.
В нескольких местах Давид опытным глазом замечает слегка припорошенные снегом глубокие отпечатки, оставшиеся с обеих сторон от лыжни. Все они говорят о падениях, молодым людям нравится набирать скорость перед крутыми спусками, они изо всех сил отталкиваются палками и буквально срываются вниз… При таких ускорениях малейшая неровность может привести к довольно болезненному падению. Снег, конечно, выступает в качестве подушки безопасности, но никогда не стоит слепо полагаться исключительно на него.
Эти мысли быстро проскальзывают у него в голове, некогда думать о чужих падениях, ему необходимо полностью сосредоточиться на собственном спуске. Давид без проблем справляется с крутым склоном, и в самом его конце выпрямляется и начинает работать руками, ему хорошо известна география трассы – сразу за спуском будет довольно-таки затяжной подъём.
