— Дорогая, ты поедешь в Нью-Йорк?
Джулия ставит на стол две чашки кофе и фирменный десерт.
— Не знаю, но, если ты не против, я хотела бы остаться здесь на некоторое время. Мне нужна смена обстановки.
— Джо-Джо, ты шутишь? Ты можешь оставаться со мной навсегда!
— Тогда, если ты не против, ближайший год я буду твоей соседкой, — откусываю мягкое, ароматное тесто. — Только у меня одно условие: я должна найти работу.
— Хорошо, — кивает, зная меня и мои принципы, поэтому даже не спорит.
Через несколько дней, после разговора с тетей, нахожу себе подработку в кинотеатре. Проработав там месяц, я начинаю слишком быстро уставать, тело ломит и знобит, я несколько раз теряю сознание, а от привычной еды меня выворачивает наизнанку.
Тётя замечает это и в один из дней приносит мне тест на беременность. И тогда я по-настоящему ужасаюсь. Этого не может быть. Нет. Мой первый раз и такой «удачный». Это невозможно. Но увидев положительный результат, я падаю на прохладную плитку коленями и понимаю, что я беременна. Беременна от человека, который меня изнасиловал.
Когда я выхожу из ванной со слезами на глазах, на кухне сидит тётя, и увидев меня, понимает все без слов. Она подходит ко мне и крепко обнимает, не настаивая на разговоре.
— Я должна сделать аборт, — тихо произношу и чувствую, как Джулию шатает от моих слов.
— Джо, не надо, — шепчет на ухо. — Мы справимся.
— Я не хочу его, он мне не нужен! — резко говорю и отстраняюсь от нее.
— Как ты можешь такое говорить, дорогая? Ребенок — это счастье! Ты станешь самой лучшей мамой для него!
— Я не хочу повторять судьбу своей матери и всю жизнь ненавидеть ребёнка, он этого не заслуживает.
— Ты не будешь такой! Ты не она! И почему ты думаешь, что будешь ненавидеть малыша?
— Как я могу любить человека, который появился путем изнасилования!? — не выдерживаю и вываливаю на нее правду.
— Что? — тётя застывает на месте и ошарашено смотрит на меня.
— Да, Джулс, я рассказала тебе не все, — начинаю, вытирая мокрые щеки. — В тот день, когда я тебе написала, меня изнасиловали на работе. Я не смогла его остановить и защитить себя, я сама пришла к нему, понимаешь? — я останавливаюсь и проглатываю добравшийся к горлу ком. — Я работала танцовщицей в клубе, чтобы накопить недостающую сумму для переезда и в тот день должна была получить свои деньги. Меня пригласили в кабинет директора, но на его месте оказался совершенно другой человек — парень, который воспользовался мной. А когда я пришла в себя, добралась домой, и мама увидела раны и синяки на теле, обозвала шлюхой и выгнала меня, — я прерываюсь, громко выдыхаю и поднимаю на нее глаза. — Ну вот, я рассказала. Поэтому я не хочу этого ребёнка.
— Когда мне было 17, — прерывает тишину Джулия, — я встречалась с мальчиком, и он настаивал на том, чтобы мы с ним переспали, я отказывалась, и в один из дней, на вечеринке, он подсыпал мне что-то в напиток и… — она замолкает, — в следствии чего, я забеременела, юная, без работы, без поддержки. Когда узнал брат — твой папа, он посоветовал сделать аборт, и я, недолго думая, согласилась. И не было ни минуты, чтобы я не жалела о своем поступке. Я не могу иметь детей. Я осталась одна на всю жизнь. Я не желаю тебе пройти через такое. Поэтому, пожалуйста, подумай и прими решение, я приму любое, — она встает и наливает мне стакан воды. — Просто помни, что, если ты решишь его оставить, я буду всегда рядом с вами, буду вас поддерживать и помогать, стану малышу самой настоящей бабушкой, и не будет дня, чтобы он усомнился в этом. Он никогда не узнает, кто его отец. Я обещаю тебе, — договаривает и оставляет меня наедине с мыслями.
6 ЛЕТ СПУСТЯ
КСАВЬЕР
— Джейкоб Харрис?
В кабинет входит седой мужчина в форме и все присутствующие в зале оборачиваются в мою сторону.
— Кайл Холмс?
Теперь все завистливые взгляды направлены на меня и моего друга, с которым мы по чистой случайности оказались сослуживцами в армии. Он — единственный здесь человек, который знает, кто я такой на самом деле.
Так вышло, что после аварии, отец организовал мой перелет в Нью-Йорк, где я полгода находился под наблюдением врачей, которые занимались моей реабилитацией. Я учился не только ходить, я учился жить заново: жить без своей семьи. А когда все мои кости срослись, а раны затянулись, оставляя после себя шрамы, мистер Чен — ветеран Вьетнамской войны, инвалид, с которым я познакомился на совместных психологических тренингах, дал мне своего рода «пинок» выбраться из темной «ямы». Он стал тем человеком, благодаря которому, я решился пойти в армию, и стать тем, кем я сейчас являюсь.
Вот уже 6 лет я дышу воздухом под именем Джейкоб Харрис, который начинал, как обычный рядовой в армии, а сейчас сидит в штаб-квартире федеральной службы безопасности.
Не скажу, что эти годы пролетели, как один день, но они были весьма продуктивными в разработке моего плана.
