Впрочем, сейчас выяснилось, что Хоя это всё придумал в одиночку, и никто из других работников ратуши не был вовлечён. Ситуацию для Роланда облегчало ещё то, что всё это было задумано для выманивания денег — он сначала боялся, что произошло что-то более страшное — перепродажа зерна крепостными, например.
Конечно же, Роланд тоже был в некотором роде виноватым в том, что ситуация развилась именно таким образом. В Ратуше не хватало рабочих рук, и он просто-напросто отправил бывших рыцарей под командование Бэрову, только лишь на словах предупредив их о том, что правила лучше не нарушать. А потом и вовсе не следил за ними, и не объяснял новых правил. Ну и в результате оказалось, что не все были способны честно работать, отказавшись от своих прошлых титулов, превратившись из рыцарей в простолюдинов.
Роланд подозвал к себе Бэрова, и тихо у него спросил:
— Что в таких случаях делают другие лорды?
— Ваше Высочество, у вас тут два варианта, — с почтением заговорил Бэров. — Если обвиняемый — аристократ, то ему обычно выписывают штраф в несколько золотых монет, а потом отпускают вообще без какого либо наказания. А вот простолюдинов за нападение на знать наказывают очень жёстко — могут отрубить руку, или выпороть, например.
— Но Хоя не аристократ, — ответил Принц. — Я лишил его этого титула!
— Да, всё верно. В таком случае наказание обычно зависит от настроения лорда.
— Определённых сумм нет?
Бэров покачал головой.
Услышав это, Роланд нахмурился. То, что в таких случаях решение зависело от настроения лорда, значило, что знать вообще не рассматривала простолюдинов как «людей».
— А вдобавок к отрубанию рук, ломанию ног, порке и выдёргиванию ногтей, есть ли какие-то другие наказания? Тюремное заключение, например?
— Заключению? — шокировано переспросил Бэров. — Вы хотите просто посадить его в тюрьму? Ну и что это за наказание такое? Тюрьма это такое место, где грешников держат совсем недолго — вскоре их судят, и их дело закрывается. Заключённых ведь нужно кормить! Боюсь, что для некоторых людей такое «заключение» будет отнюдь не наказанием.
Видимо, в этом времени «современное» определение для заключения вообще никому не покажется хорошей идеей. Подумав об этом пару секунд, Роланд решил последовать правилам своего же замка. Он встал, и внимательно посмотрел на подданных.
— Я готов вынести приговор. Хоя Харви. Ты отступил от выполнения долга, вымогал деньги у беженцев. Отныне ты уволен со своей должности в ратуше, и на десять лет отправляешься на работу в шахты. Ты должен выплатить штраф в тройном размере от того, что успел украсть. Вейдер. Ты напал на представителя ратуши, поэтому я приговариваю тебя к десятью ударам плетью. Все остальные участники драки должны будут либо выплатить штраф в два серебряных, либо получить по пять ударов плетью. Раздача бесплатной каши будет продолжена, и вам вернут все деньги, что у вас отобрал Хоя, — затем Роланд взглянул на премьер-министра Ратуши. — Вы проследите за выполнением этих приказов, а заодно объявите мой приговор остальным беженцам.
— Как прикажете, Ваше Королевское Высочество, — ответил Бэров. Вернувшись к себе в кабинет, Роланд уселся в кресло и оперся о его спинку. Он потянулся, и вдруг почувствовал на плечах ладони, которые принялись его массировать.
Закрыв глаза, Роланд расслабился.
Проблема с Хоей ясно дала ему понять, что с увеличением количества жителей города власть людей из ратуши выросла очень сильно, и ему неплохо было бы уже придумать хоть какой-нибудь внутренний контроль.
Он вовсе не хотел основывать что-то вроде прокуратуры, но и независимый центр общественной безопасности тоже не был подходящим вариантом.
Для прокуратуры потребовалось бы слишком много грамотных людей, которые в результате стали бы следить друг за другом и вмешиваться в работу других служб, судебную систему государства, и мешать введению новых законов и указов. Центр безопасности же мог очень сильно повредить авторитету лорда. Было бы гораздо лучше, если бы Роланд мог оставить всю власть по введению новых законов и проведению судов у себя в руках.
Ему необходима была простенькая, но эффективная система, которая не требовала бы много людей, но при этом выполняла роль надзирающей организации.
Роланд вдруг дотронулся до одной из ладоней на его плечах.
Почувствовав, что он до неё дотронулся, Найтингейл вышла из тумана и уселась на краешек стола, не выпустив из ладони руки Принца. Она наклонила голову, и спросила:
— Что такое?
Она сидела на столе, покачивая ногами. Сегодня она была одета в обтягивающие леггинсы, высокие мокасины и свободную кофту.
Роланд дважды кашлянул:
— Я собираюсь основать новый департамент, который будет следить за работой Ратуши и арестовывать тех людей, которые хоть как-то попытаются подорвать наше общество. Этот департамент будет полностью независим от Ратуши и Первой Армии, и отчитываться только передо мной, — он говорил, выделяя каждое слово. — Я назову его «Бюро Безопасности Западных Земель», и я хочу, чтобы им заведовала ты».
— Я? — Найтингейл шокировано заморгала.
