В городе не было часовой башни, поэтому время вскоре смазалось и растворилось в свете свеч. За окном гулял холодный ветер, чьи завывания иногда было слышно сквозь плотно занавешенные шторы. Как только Роланд почувствовал лёгкую усталость, Найтингейл вдруг сказала:
— Началось!
Только она могла увидеть потоки магии в теле Анны. Магия вдруг забурлила, и зелёный огонёк вдруг стал гораздо больше и ярче, но его обычно светлый центр вдруг потемнел, словно втягивая в себя бурлящие потоки магии. Магия, казалось, изо всех сил сопротивлялась этому, но ничего не могла поделать.
Роланд этого не видел, но даже он понимал, что происходит что-то нехорошее.
Пламя на свечах вдруг заплясало, словно от сквозняка, которого в комнате как раз и не было. Оранжево-красное пламя сменило свой цвет, мигом уничтожая тени на стенах. Теперь свечи горели нефритово-зелёным огнём.
Роланд взглянул на лежащую на кровати женщину, но она продолжала спать. Даже выражение её лица ни на йоту не изменилось, словно это не она сейчас испытывала чудовищный магический откат.
В это время пламя свечей практически погасло. Зелёный огонь, словно паразит, сжирал оранжевые языки пламени, погружая комнату в темноту.
Но буквально через пару секунд огонь снова вспыхнул с прежней силой, и теперь он был абсолютно зелёным. Сидящие у кровати люди словно окрасились в зелёный. Они недоуменно переглядывались, но ни один из них так и не смог понять, что же происходит.
Вдруг с кровати раздался рык Анны, и все трое синхронно уставились на неё.
Анна медленно открыла глаза.
Роланд шокировано прошептал:
— Анна?!
Анна пару раз моргнула, затем улыбнулась Роланду и протянула в его сторону правую руку ладонью вверх.
На её ладони, не причиняя ей никакого вреда, плясало зелёное пламя.
Роланд, сам не зная почему, мгновенно понял, что же именно от него хочет Анна. Поколебавшись секунду, он медленно поднёс палец к зелёному пламени. Он не почувствовал ожидаемого ожога, вместо этого палец был словно окунут в тёплую воду, горящий на ладони Анны огонь был мягким.
На следующий день после пробуждения Анны Роланд и остальные попрощались с Найтингейл.
— Конечно, причина нам до сих пор не известна, но факт остаётся фактом: Анна — первая в мире ведьма, которая провела День Пробуждения совершенно без боли, — азартно заявила Найтингейл перед уходом. Довольно долгое время пообщавшись с Роландом, она переняла его привычку назвать трансформацию ведьмы «днём пробуждения». — Когда я вернусь, я приведу с собой свою сестру. Я надеюсь, Вы тогда примете нас так же, как приняли Анну.
Именно этого Роланд и хотел. С одной лишь Анной он сумел усовершенствовать процесс ковки и продемонстрировать горожанам все прелести индустриального периода, а чего же он добьётся с целой толпой ведьм? Конечно, Роланд должен был задуматься о безопасности, пересекать горы во время Демонических месяцев было очень опасно.
Но Найтингейл практически зажглась идеей притащить своих сестёр в Приграничный город, она сказала:
— Много моих сестёр этой зимой должны будут пройти сквозь Пробуждение. Если я сумею добраться до них раньше, чем кто-нибудь пострадает, то это будет замечательно! Не беспокойтесь, обычно демонические твари не в силах меня отыскать.
Наконец, Роланд спросил:
— А когда твой день пробуждения?
Найтингейл, забираясь в седло, ответила:
— Конец зимы или ранняя весна. — Отъезжая, она помахала принцу, — Не беспокойтесь насчёт меня, мой Укус Демона с каждым годом всё легче и легче!
Роланд задумался над сказанным.
Он уже задумывался над тем, почему Анна пережила свой день пробуждения. Она сообщила им, что совсем не чувствовала боли, это абсолютно противоречило идеям Найтингейл: «Сила ведьм исходит от дьявола, поэтому она заражена злом». Но этот концепт подтверждался тем, что кровь ведьм становилась чёрной и сочилась из каждой поры, доводя ведьм для истощения. Чёрная кровь была неоспоримым доказательством дьявольского происхождения ведьм.
Впрочем, Роланд с самого начала в это ни капли не верил.
Он порылся в воспоминаниях прошлого Четвёртого принца и не нашёл никакого подтверждения тому, что в этом мире существуют Бог или Дьявол. Ведьмина сила не была послана ими, поэтому её нельзя было использовать в качестве определяющего зло фактора. В общем, даже если бы здесь и существовали боги, регулярно вмешивающиеся в жизнь людей, среди людей было очень много тех, кто веровал каждый на свой лад. В общем, это боги должны были получать силы от верующих, а не наоборот.
Согласно объяснениям Найтингейл, ведьмы копили магию внутри своих тел. Но если магии некуда было деваться, то не могла ли она повредить сосуды? Роланд прикинул, что такое развитие событий очень правдоподобно. В конце концов, большинство людей, которые встречались с жестокостью, предпочитали прятать свои силы и, по возможности, живыми убираться с поля боя. Это вполне могло привести к тому, что большинство ведьм до своего пробуждения так и не пользовались своей силой.
