— Пока я в органах, я смогу реально помочь ей в этой ситуации. А так...
Всепонимающая улыбка.
— Вы мне не верите.
Вежливо:
— Ничего страшного, молодой человек...
— Я не такой уже и молодой, - сказал Леший.
— У Полины все будет хорошо. Не беспокойтесь. Очень целеустремленная девушка. Она ведь не понимает, что такое 375-я проба, или 586-я... Когда есть 999-я. Понимаете, да? Когда-нибудь она найдет то, что ей нужно. Иного просто не дано. Ведь вы научили ее понимать, что есть кто... как говорится.
999-я, подумал Леший. Он посмотрел на Лидию Станиславовну. А еще вспомнил Крюгера. И Рыбу.
— Как-то я сомневаюсь, — сказал он.
— Сомневайтесь. Главное — не обижайтесь, - сказала она в этот раз искренне, даже по-дружески. И открыла перед ним дверь. — Вы все-таки ац-цкий, как принято сейчас говорить, персонаж... Ацкий. Простите. Вы мне даже нравитесь, наверное... Всего доброго.
Леший вышел и сказал:
— Вы мне тоже. Но чисто как теща.
Она рассмеялась и захлопнула дверь.
«Метро-2» они все-таки нашли во время четвертого выхода. Причем совершенно обыденно: заглубились в обычном пассажирском метро на Кропоткинской, пошли по туннелю на зеленые огни светофоров, свернули налево по рельсовому отводу — в так называемый оборотный тупик. Через двадцать метров рельсы оборвались у огромных ворот из литого бетона с метр толщиной, слева есть камера, куда отъезжает плита, в пол вделаны специальные ролики. В узкие отверстия противоположной стены ныряют черные силовые кабели.
Последние пять метров пространство между рельсами закрыто арматурной сеткой, контактный рельс отсутствует, зато имеется прямоугольный люк, запертый на новенький навесной замок. Пыльченко легко перекусил дужку гидроножницами, и группа спустилась вниз по 50-ступенчатой лестнице. Здесь неработающий пульт привода и черный телефон без диска и без гудка. Впереди гермоворота, но они не заперты! Мотор привода герметизации имеет четырехгранный штырь для ручного открытия, ржавая изогнутая ручка лежит рядом.
— Ну-ка, Середов, попробуй покрутить! — без особой уверенности командует Леший. Боец пробует. Ворота открываются!
— Вперед! — командует Леший, и первым проскальзывает через ворота. Он замечает, что на тюбингах стен стоит цифра 1952.
За воротами такая же лестница, и, поднявшись по ней, группа оказывается за бетонными воротами, в пятиметровом тоннеле с однопутными рельсами. Контактный рельс тут отсутствует. Зато у перрона, будто ожидая высокопоставленных пассажиров, стоит двухвагонный дизель-поезд.
— Вот это и есть «Метро-2», — с гордостью говорит Пыльченко, будто это он его построил.
Светя фонарями, они идут по тоннелю. Стены отделаны стальным тюбингом, отражающим лучи. Ощущается заметный уклон вниз. Боковые сбойки ведут в вентиляционные шахты — из некоторых ощутимо тянет свежим воздухом. Рельсы под ногами утоплены в бетонные плиты и не мешают идти.
— Тут и На машинах можно ездить, — удивленно говорит Середов.
— А идти вообще одно удовольствие, — добавляет Зарембо. — Можно пять километров в час отшагать!
Но прошли они недалеко — примерно через километр наткнулись на плакат: «Прохода нет, завал. Выход в рабочую зону по правой стороне!»
Справа в стене оказалась большая пробоина, которая вывела в «дикий» коридор.
Леший интуитивно почувствовал, что они близки к цели. И точно!
— Вон «Бухенвальд»! - сказал Леший, указывая вперед, где в луче фонаря виднелся бордюр, окаймляющий створ спуска на нижний уровень.
— Приготовить тросы, разбиться на двойки, страховать друг друга!
Спуск проходил трудно: шахта широкая — метров во- семь-десять в диаметре, проржавевшие скобы скрипели и шатались, а за спиной не было привычной стенки, на которую можно в случае чего опереться, растопыриться, задержаться... Получалось — и внизу бездна, и вокруг такая же... Так сейчас еще шли со страховкой, а Леший вспомнил, как спускался на свой страх и риск - у него даже подмышки взмокрели. Может, правда, не от страха, а от напряжения: руки-ноги одеревенели, каждая мышца дрожала...
Только через час группа добралась до нижней отметки, Все тяжело дышали, пыхтели, сопели и кашляли. Но привести дыхание в порядок не удалось: газоанализаторы показывали желтый уровень, и Леший приказал надеть регенераторы. Полосникову этот участок пути дался особенно нелегко, - он не пыхтел даже, он хрипел и рычал так, что клапаны дыхательного аппарата едва не выскакивали наружу при каждом выдохе.
— Здесь то-же ле-жа-ли рель-сы, — прерывисто сказал Леший по внутренней связи. - Но по-том их зачем-то де-мон-ти-ро-ва-ли...
— Может, чтобы не демаскировать спецобъект? - высказал предположение Пыльченко.
— Может, — коротко ответил Леший. Наверное, для более развернутого ответа ему не хватало воздуха.
